TNNS24

Тима пишет:
дополнительные детали вестибулярного аппарата здесь имелся ввиду не вестибулярный аппарат, а скорее распределение массы тела относительно центра тяжести + особенности развития скелета. Ребёнок в 6 лет отличается от ребёнка 10 лет. Как - сами читайте в учебниках анатомии, кинезиологии, педиатрии, физиологии и физиологии упражнений.

thirty-love пишет:
Тима пишет:
дополнительные детали вестибулярного аппарата здесь имелся ввиду не вестибулярный аппарат, а скорее распределение массы тела относительно центра тяжести + особенности развития скелета. Ребёнок в 6 лет отличается от ребёнка 10 лет. Как - сами читайте в учебниках анатомии, кинезиологии, педиатрии, физиологии и физиологии упражнений. И  в  чем  проблемы?   Диву  даешься  от  таких  разговоров.  " Ребенки  от  6  к  10  годам  сильно  меняют  фигуру  и  не  могут  балансировать  по  планете...    И  в  теннисе  это  проявляется..  " Какие  же  запредельные   оттеннисные   требования  не    может  выполнить  10-летка,  умеющий  кувыркаться  вплоть  до  сальто  вперед-назад  с  пируэтами, в т .числе  на  бревне?

thirty-love пишет:
Ребёнок в 6 лет отличается от ребёнка 10 лет. Как - сами читайте в учебниках анатомии, кинезиологии, педиатрии, физиологии и физиологии упражнений.  Ага,  меня всегда восхищало австралийское чувство юмора

thirty-love,
А почему у остальных детей с 6 до 10 лет  даже при неизменном (не увеличивающимся) количестве тренировок наблюдается прогресс?

Анастасия Власенкова пишет:
А почему у остальных детей с 6 до 10 летдаже при неизменном (не увеличивающимся) количестве тренировок наблюдается прогресс?К вопросу о том как добиваться прогресса, о полезности и бесполезности "набивки". Возможно, кому-то будет интересно...
"
Случайно наткнулся на симметричный ответ от психологов(музыкашкам-фортепиашкам пригодится может). Совпадение по "повторение без повторения" + сознание(голова) первично:



Рассмотрим какой-нибудь пример. Возьмем обучение игре на фортепиано. Если вы сами прошли через этот процесс или наблюдали, как он происходит, то знаете, что все начинается с освоения элементарных актов. Сна­чала нужно научиться правильно сидеть, ставить в пра­вильное положение ноги, руки, пальцы на клавиатуре. Затем отрабатываются отдельно удары каждым пальцем, подъемы и опускания кисти и т. д. На этой самой эле­ментарной основе строятся элементы собственно фортепианной техники: начинающий пианист учится «вести» мелодию, брать аккорды, играть стаккато и легато... И все это—лишь основа, которая необходима для того, чтобы, рано или поздно перейти к выразительной игре, т.е. к задачам художественного исполнения.
Так, путем продвижения от простых действий к слож­ным, благодаря передаче на неосознаваемые уровни действий уже освоенных, человек приобретает мастер­ство. И в конце концов выдающиеся пианисты достигают такого уровня, когда, по словам Гейне, «рояль исчезает, и нам открывается одна музыка».
Почему в исполнении мастеров-пианистов остается «одна музыка»? Потому, что они в совершенстве овладе­ли пианистическими навыками.
Говоря об освобождении действий от сознательного контроля, конечно, не надо думать, что это освобождение абсолютно, т.е. что человек совсем не знает, что он де­лает. Это не так. Контроль, конечно, остается, но он осу­ществляется следующим интересным образом.
Поле сознания, как вы уже знаете, неоднородно: оно имеет фокус, периферию и, наконец, границу, за которой начинается область неосознаваемого. И вот эта неодно­родная картина сознания как бы накладывается на иерархическую систему сложного действия. При этом са­мые высокие этажи системы—наиболее поздние и наи­более сложные компоненты действия — оказываются в фокусе сознания; следующие этажи попадают на пери­ферию сознания; наконец, самые низкие и самые отработанные компоненты выходят за границу сознания.
Надо сказать, что отношение различных компонентов действий к сознанию нестабильно. В поле сознания про­исходит постоянное изменение содержаний: представлен­ным в нем оказывается то один, то другой «слой» иерархической системы актов, составляющих данное действие. 
Движение в одну сторону; повторим, это уход выучен­ного компонента из фокуса сознания на его периферию и с периферии — за его границу, в область неосознавае­мого. Движение в противоположную сторону означает возвращение каких-то компонентов навыка в сознание. Обычно оно происходит при возникновении трудностей или ошибок, при утомлении, эмоциональном напряже­нии. Это возвращение в сознание может быть и резуль­татом произвольного намерения. Свойство любого компо­нента навыка вновь стать осознанным очень важно, по­скольку оно обеспечивает гибкость навыка, возможность его дополнительного совершенствования или переделки.
Между прочим, этим свойством навыки отличаются от автоматических действий. Первичные автоматизмы не осознаются и не поддаются осознанию. Более того, по­пытки их осознать обычно расстраивают действие.
Это последнее обстоятельство отражено в хорошо из­вестной притче о сороконожке. Сороконожку спросили: «Как ты узнаешь, какой из твоих сорока ног нужно сей­час сделать шаг?». Сороконожка глубоко задумалась— и не смогла двинуться с места!
В психологии много внимания уделялось проблеме механизмов формирования навыка, которая, как вы уже хорошо понимаете, имеет большое практическое значе­ние.
Бихевиористы, считавшие, что психология должна встать на службу практики и при этом заниматься внешними действиями человека и животных, очень много исследовали этот вопрос. Однако их теория и практика экспериментирования находились в рамках очень меха­нистических представлений. Согласно этим представле­ниям навык вырабатывается за счет «проторения» пу­тей в мозговых центрах в результате механического повторения, или «зазубривания», одного и того же дей­ствия. Об участии и роли сознания в этом процессе для бихевиористов, конечно, не могло быть и речи.
В советской психологии проблеме формирования на­выков также уделялось большое внимание. Однако под­ход к этой проблеме был совсем другой. Он не был отя­гощен бихевиористским требованием исключения роли сознания; в результате был найден целый ряд очень важных и совершенно не вписывающихся в бихевиористскую схему механизмов. 
Большой вклад в эту проблему внес советский физио­лог Н. А. Бернштейн, об идеях которого я буду говорить более подробно позже. Сейчас лишь упомяну о том, что он выдвинул совсем другой принцип: «повторение без повторения», который означает, что при отработке на­выка человек не затверживает одно и то же действие, а постоянно варьирует его в поисках оптимальной «фор­мулы» движения. При этом сознанию принадлежит очень важная роль.
В доказательство того, что механическое заучивание гораздо менее эффективно, чем «сознательное», Н. А. Бернштейн приводит следующий факт из личных наблюдений. Надо сказать, что он был очень хорошим пианистом и использовал собственные фортепианные уп­ражнения для анализа интересовавших его механизмов.
Так вот, будучи молодым человеком и экономя вре­мя, которое ему жалко было тратить на отработку фортепианной техники, он делал следующее: ставил на пю­питр книгу, читал ее, а в это время разыгрывал гаммы или этюды, тренируя пальцы. И вот после достаточно длительного периода таких занятий, он с удивлением обнаружил, что никакого прогресса в технике нет! Тог­да он оставил чтение и перешел на вдумчивую отработку техники, после чего сразу достиг заметных результатов.
Между прочим, к выводу о необходимости сосредото­чения внимания на отрабатываемых движениях давно пришли педагоги и тренеры; Вы, наверное, знаете, что в спорте существуют приемы идеомоторной тренировки — тренировки движений в плане представления, при внеш­ней неподвижности обучающегося. 
Есть такой прием и в фортепианной педагогике: че­ловеку предлагается разыгрывать пьесы тоническими на­жатиями пальцев, без их подъема и пространственного перемещения, — вы просто кладете руки на плоскость и тоническими нажатиями «проигрываете» произведение. Если кто-нибудь из вас играет и хочет технически отра­ботать сложную вещь, попробуйте этот способ. После того как вы час или два позанимаетесь таким образом, вы почувствуете необыкновенную усталость— гораздо большую, чем при реальной игре (а большая усталость говорит и о большей загрузке мозговых центров). Зато после такого двухчасового упражнения прогресс оказы­вается гораздо более заметным, чем при фазической, т.е. внешнедвигательной игре.
"

Михаил Красников пишет:
Анастасия Власенкова пишет:
А почему у остальных детей с 6 до 10 летдаже при неизменном (не увеличивающимся) количестве тренировок наблюдается прогресс?К вопросу о том как добиваться прогресса, о полезности и бесполезности "набивки". Возможно, кому-то будет интересно...
"
Случайно наткнулся на симметричный ответ от психологов(музыкашкам-фортепиашкам пригодится может). Совпадение по "повторение без повторения" + сознание(голова) первично:




  Йес...!  А  то  все  балет-балет...

Михаил Красников,
интересный и полезный пост

Михаил Красников пишет:
Рассмотрим какой-нибудь пример. Возьмем обучение игре на фортепиано. Если вы сами прошли через этот процесс или наблюдали, как он происходит, то знаете, что все начинается с освоения элементарных актов. Сна­чала нужно научиться правильно сидеть, ставить в пра­вильное положение ноги, руки, пальцы на клавиатуре. Затем отрабатываются отдельно удары каждым пальцем, подъемы и опускания кисти и т. д. На этой самой эле­ментарной основе строятся элементы собственно фортепианной техники: начинающий пианист учится «вести» мелодию, брать аккорды, играть стаккато и легато... И все это—лишь основа, которая необходима для того, чтобы, рано или поздно перейти к выразительной игре, т.е. к задачам художественного исполнения.Пример крайне вредный и опасный для тенниса! :D   По крайней мере - для некоторых "тренеров"...

Видел ли кто нибудь. чтобы игре на фортепьяно учил человек, не имеющий музыкального образования или хотя бы сам не умеющий играть на этом инструменте? И видел ли кто нибудь обученных таким образом мастеров игры на фортепьяно?
Можно привести такой же пример с любой сложной деятельностью - танцы, кулинария, медицина... да все практически...
А в теннисе - легко...И даже некоторые "профессионалы" этим гордятся: Не умею и вообще - для обучения теннису умение играть - зло, лишнее это...

Михаил Красников пишет:
Так, путем продвижения от простых действий к слож­ным, благодаря передаче на неосознаваемые уровни действий уже освоенных, человек приобретает мастер­ство. 
А самое главное - чем раньше взялись за это продвижение, тем лучше и полнее это ляжет на эти самые "неосознанные" уровни...
Хорошая статья...

И вот после достаточно длительного периода таких занятий, он с удивлением обнаружил, что никакого прогресса в технике нет! И это довольно часто можно встретить в теннисе. Просто набивка (без осознанного старания улучшить технику удара) ведет к пустой трате времени и отсутствию прогресса. А если интереса у ребенка к совершенствованию нет (помнится он отбивается натаскиванием по мелочам) - вот  и тупик.Приплыли.

Михаил Красников пишет:
И это довольно часто можно встретить в теннисе. Просто набивка (без осознанного старания улучшить технику удара) ведет к пустой трате времени и отсутствию прогресса.
Спорно ...

Михаил Красников пишет:
А если интереса у ребенка к совершенствованию нет (помнится он отбивается натаскиванием по мелочам) - воти тупик.Приплыли.Согласен ...