62 перетяжки для Соболенко. Как работают стрингеры на WTA Finals

В половине восьмого утра Уилл Девайн уже в мастерской. До первых матчей ему нужно выполнить около дюжины заказов. Он натягивает струны больше 40 лет и, по собственным подсчётам, за это время обслужил свыше 100 тысяч ракеток. Больше всего утомляются ноги: почти всю смену приходится работать стоя.

На Итоговом турнире WTA в Индиан-Уэллсе вместе с Девайном работают Дастин Танкерсли и Коул Тонге. Все трое представляют Wilson, официальную службу натяжки струн турнира. Некоторых участниц они обслуживали на других соревнованиях и заранее знают, как те привыкли настраивать ракетки. Подробности работы команды описал Мэтт Вилански в репортаже WTA.

Почему у Соболенко набралось 62 перетяжки

К четвёртому игровому дню стрингеры выполнили 62 перетяжки для Арины Соболенко, 29 для Коко Гауфф и 20 для Джессики Пегулы. Счётчик показывает объём работы мастерской: одну и ту же ракетку можно перетянуть несколько раз.

По словам Танкерсли, Соболенко обычно использует от трёх до пяти ракеток за тренировку. Перед встречей с Миррой Андреевой она заказала восемь перетяжек: шесть с одним натяжением и две с другим. Гауфф тоже готовит варианты: большинство ракеток натянуты одинаково, а несколько — чуть слабее или сильнее.

Разница может составлять всего один фунт силы, или около 0,45 кгс. Когда мяч начинает регулярно уходить за заднюю линию, теннисистка может проверить ракетку с чуть более тугими струнами. В Индиан-Уэллсе настройки, подобранные в дневную жару, иногда приходится менять после захода солнца. Бывает, что игрок отправляет в мастерскую любимую ракетку прямо во время матча, даже когда в сумке есть запасные.

У партнёрш по парному разряду Габриэлы Дабровски и Луизы Стефани разные привычки. Дабровски обычно приносит на матч три ракетки, обновляет струны на одной и хочет, чтобы все три ощущались одинаково. Стефани берёт четыре и иногда заказывает перетяжку всех четырёх в день матча.

Двенадцать минут на 16 продольных и 19 поперечных

На срочный заказ обычно отводят около 15 минут. Когда игрок ждёт на корте, опытный стрингер может уложиться в 12. В распространённой схеме 16 × 19 нужно натянуть 16 продольных и 19 поперечных участков. Поперечные струны проводят поочерёдно над и под продольными, затем фиксируют концы. Девайн говорит, что мастерство здесь измеряется тем, насколько точно удаётся выполнить работу в спешке.

Утренние заказы начинают готовить ещё вечером. Стрингеры отмеряют и режут струны, продевают продольные через отверстия обода и оставляют натяжку на утро. Так мастерская экономит время, когда несколько игроков хотят получить свежие струны перед первым матчем дня.

На турнирах Большого шлема другая нагрузка. По оценке Девайна, в начале турнира бригада из 22–24 человек может перетянуть свыше 600 ракеток за день. Сам он обычно берёт 25–35 заказов за смену. На последнем US Open общий счёт превысил восемь тысяч.

Когда заказ касается даже формы обода

Некоторые игроки просят вернуть ракетку с чуть более круглой или вытянутой головкой. Танкерсли объясняет, что гибкий обод способен слегка менять форму под натяжением, а результат зависит от того, как ракетку зафиксировали на станке. Одна из участниц попросила немного ослабить центральную опору, чтобы обод получился круглее.

Ещё одна участница, игравшая в паре, заказала натяжение в 88 фунтов силы — почти 40 кгс. По словам Танкерсли, это близко к пределу станка. А иногда настройку подбирают буквально по фунту за раз: игрок пробует ракетку, описывает, как отскакивает мяч, и вместе с тренером решает, что менять.

В Дохе перепутали 54 и 45 фунтов

Габриэла Дабровски заказала натяжение в 54 фунта перед парным матчем с Еленой Остапенко. Стрингер переставил цифры и выставил 45. Канадка почувствовала, что струны стали мягче, но ракетка ей подошла. Дабровски и Остапенко выиграли матч, а ошибку обнаружили вечером, когда стрингер сверил заказ с предыдущим. После этого Дабровски решила попробовать более слабое натяжение уже осознанно.

У Дианы Шнайдер в Ухане случилось иначе. В матче за выход в полуфинал у неё порвалась струна на только что перетянутой ракетке. Она взяла запасную, и через два розыгрыша струна порвалась снова. В Индиан-Уэллс Шнайдер приехала как запасная участница. Обычно на матч она берёт пять ракеток: четыре натянуты одинаково, пятую можно настроить иначе. Если нужно что-то изменить, заказ со стрингером обычно обсуждает её тренер Саша Бажин.

Почему целые струны тоже меняют

По словам Танкерсли, большинство участниц пользуются полиэстеровыми струнами. Они прочные, помогают контролировать мяч и придавать ему вращение. Однако натяжение со временем падает, и мяч начинает иначе сходить со струнной поверхности. Игрок может заметить разницу задолго до того, как струна порвётся.

Одним хватает одной перетяжки на весь турнир, другим свежие струны нужны каждый день, а иногда и по нескольку раз. Поэтому трое стрингеров Wilson одновременно готовят заказы на завтра и держат станки свободными для ракетки, которую могут принести с корта в решающем сете.