http://img.championat.com/news/big/p/p/aleksandr-metreveli_1351835833964073580q.jpg
2 ноября свой день рождения отмечает лучший отечественный теннисист второй половины XX века, рекордсмен сборной команды страны по количеству проведённых матчей и побед в рамках Кубка Дэвиса, ныне известный телекомментатор Александр Метревели. Легендарный Николай Озеров называл его игру ни много ни мало высоким искусством: "Здесь есть всё, что присуще большому искусству, большому теннису: грозные атаки, искусная защита, филигранная техника и, наконец, яркая фантазия, тонкая импровизация, без которых настоящее искусство немыслимо".
Александр Ираклиевич Метревели
Родился 2 ноября 1944 года в Тбилиси
Заслуженный мастер спорта СССР (1966) по теннису.
Спортивные достижения:абсолютный чемпион Спартакиады народов СССР (1975), 29-кратный чемпион СССР в одиночном (1966-1967, 1969-1976, 1978, 1980), парном (1967-1968, 1970-1977) и смешанном разрядах (1970-1973, 1975-1976), 10-кратный победитель Всесоюзных зимних соревнований в одиночном (1964, 1966-1968, 1970, 1978), парном (1967-1968, 1970, 1980) и смешанном разрядах (1967), финалист Уимблдона-1973 в одиночном разряде, 2-кратный финалист Уимблдона в миксте (1968, 1970 – с Ольгой Морозовой).
Наивысшая позиция в мировом рейтинге – 9 (03.06.1974)
Наивысшие достижения на турнирах "Большого шлема":
Australian Open – 1/2 финала (1971), пара – 1/2 финала (1973 – с Какулия).
"Ролан Гаррос" – 1/2 финала (1972), пара – 1/2 финала (1974 – с Боргом).
Уимблдон – финал (1973).
US Open – 1/4 финала (1974).
"Чемпионат.com" побеседовал с друзьями и коллегами Александра Метревели, чтобы расспросить их о том, каким человеком он был на корте и как знакомство с ним отразилось на их судьбе.
Анна Дмитриева:
— Алик моложе меня на три года. В то время, когда мы познакомились, я успешно выступала в юниорских соревнованиях и уже считала себя звездой. Вдруг появился мальчишка из Грузии, жутко нахальный и шкодливый. Ему, наверное, было около 12 лет, и это были какие-то всесоюзные детские состязания. Узнав, что я тогда была маленькой звёздочкой, он всё время хотел мне сделать какую-нибудь гадость. Когда я случайно мимо него проходила, постоянно ставил мне подножки. Именно так я его и заметила.
Я ему говорила, что он противный мальчик, жаловалась, но потом посмотрела на то, как он играет на корте… Алик отличался от всех необыкновенно. У него была удивительная пластика и лёгкость. Это было заметно даже в таком юном возрасте. Я поняла, что на самом деле это особое явление.
У него были удивительная манера и техника исполнения ударов. Складывалось ощущение, будто бы он танцевал на корте. Очень изящная и красивая техника. Надо понимать, что тогда у нас не было той школы, которая могла бы ему эту технику помочь создать. Она появилась сама по себе, эта своеобразная пластика. Алик был очень лёгким, и он просто гарцевал на площадке. Всё то, что в своё время ему было под силу изучить, он всё это исполнял. По своей манере и по характеру он не мог по-другому, кроме как быть лучшим.
У него классическая техника, но его отличала удивительная пластика, лёгкость и красивые движения. Казалось со стороны, что всё у него получается крайне легко. Он и на задней линии был хорош, и подача на уровне, и умел выигрывать с лёта. Алик умел играть по всему корту, впрочем, тогда это было необходимо. Это сейчас можно мучиться на задней линии, а в те времена нужно было уметь играть по всей площадке.
Мы с ним играли микст за год или два до того, как я собиралась закончить карьеру. Всю теннисную жизнь у меня был другой партнёр, но с Аликом поиграть мы успели. Мне сразу вспоминается один примечательный матч, вроде бы четвертьфинал, который по идее мы должны были выигрывать. Фактически дорога в финал Уимблдона перед нами была открыта. У нас было 17 матчболов против Марии Буэно и Кена Флетчера, лучших на том этапе теннисистов. На его подаче было 40:0. Все остальные матчболы были на моей подаче, но я об этом не говорю. Так вот, на мужской подаче 40:0, тройной матчбол! В этот момент у Алика сработало его желание слегка попижонить. Он сыграл на женщину мягко, фактически подкинул мяч, вместо того, чтобы подойти и закончить всё это дело. В результате, мы проиграли. После поражения мы мрачные вышли со стадиона и поехали смотреть фильм "По ком звонит колокол".
Всегда во время игры мы с ним ужасно ругались. Он говорил мне что-то вроде, мол, ты всю жизнь играла и так и не научилась подавать. Я ему тоже выговаривала всё, что могла. Однако это не были ссоры, скорее полушуточные подначки. У нас с ним всегда были хорошие отношения. Конечно, он в любой ситуации имел своё мнение, как и любая достаточно яркая личность, при этом ко мне всегда был снисходителен.
Естественно, он не сумел в полной мере реализовать свой потенциал. Всё, что ему было дано как теннисисту международного уровня, он получал в три-четыре раза меньше, чем остальные его соперники. У него было немного соревнований на раннем этапе, когда он должен был сложиться как игрок. А когда Алик вошёл в обойму лидеров, тогда он уже был в том периоде времени, когда не мог прибавлять в игре. Все его сверстники его очень уважали, и они к нему прекрасно относятся. Однако я уверена, что он мог бы сделать гораздо больше.
Он всегда чувствовал себя в теннисе своим человеком, и сейчас в своих комментариях чувствует себя человеком, который находится на своём месте. Меня поражает его способность зажигаться от игры, даже если она скучная. Для комментатора это очень важное качество. Он всегда находит для себя что-то, что может быть интересным для слушателя.
http://img.championat.com/i/article/59/83/1351835983_b_shamil-tarpishhev-i-aleksandr-metreveli.jpg
Шамиль Тарпищев и Александр Метревели
Шамиль Тарпищев:
— Я стал капитаном и главным тренером сборной России в 1974 году. Тогда Алик был на пике, за год до этого вышел в финал Уимблдона. Он был явным лидером нашего советского тенниса, и обладал огромным авторитетом. Скорее всего, я бы не состоялся как старший тренер, если бы он и Теймураз Какулия в то время меня не поддержали. Получилось так, что я стал тренером, а все остальные участники сборной были старше меня. Это сложный период, однако Метревели воспринял меня всерьёз, и это стало важным этапом в становлении моей тренерской деятельности.
В теннисе всегда уважали футбол. Мы с Аликом очень часто играли вместе. Я предпочитал быть в полузащите, а он в нападении. При этом он никогда не был агрессором, скорее игрок комбинационного плана. Он больше играл в нападении для того, чтобы избежать травм и ударов по ногам. Нам приходилось тщательно беречь его ноги.
Он очень хорошо чувствовал игру. От природы в нём было заложено это удивительное качество – он тонко ощущал, что и когда надо сделать, чтобы выиграть. Если вспомнить их пару с Теймуразом, а вместе они выступали достаточно часто, то ведущим в ней был всё же Метревели. Зачастую именно он вытаскивал матчи, играя очень грамотно позиционно. Я бы назвал его шахматистом на корте. Что касается технического арсенала, то он проповедовал классическую технику. Тогда большинство играли в этом стиле. Однако у него не было никаких "дыр", он одинаково хорошо играл во всех линиях. Это художник на корте.
Мы должны были выиграть Кубок Дэвиса в 1976 году, когда чилийцы планировали приехать к нам на полуфинальный поединок. К сожалению, по политическим причинам нам не дали сыграть этот матч. Команда Чили была для нас проходной командой, с уверенностью на 99%. Почему я так говорю? В те времена я очень много играл на Кубе с их лучшими теннисистами. За год до этого я их всех обыграл, а ведь я был уже тренером. Ну и конечно Метревели был сильнее меня. У нас просто не было вариантов уступить в этом полуфинале. В один момент ЦК партии просил от меня расписку на то, что я гарантирую победу. Я готов был её написать, мол, если играем у себя дома, то победим. Однако нас подвёл футбол. Насколько я помню, наша сборная тогда сыграла с командой Чили вничью – 0:0. Когда вопрос встал по теннису, мне задали вопрос: "Где бы на выезде мы согласились играть?". Я сказал, что в Германии. "Гарантируешь победу?". Я ответил, что если в Германии и на грунте, то я готов подписаться. К сожалению, нам всё равно не дали сыграть. Если бы мы прошли Чили, то потом играли бы с Италией у нас. Метревели в то время выступал очень здорово, и у нас был большой шанс выиграть.
Александр Метревели. Шахматист на теннисном корте
-
Сергей Соколов
Анна Дмитриева: У него были удивительная манера и техника исполнения ударов. Складывалось ощущение, будто бы он танцевал на корте. Очень изящная и красивая техника. Надо понимать, что тогда у нас не было той школы, которая могла бы ему эту технику помочь создать. Она появилась сама по себе, эта своеобразная пластика. Алик был очень лёгким, и он просто гарцевал на площадке.Саша не полностью реализовал свой потенциал из-за скудости возможностей играть за рубежом. Кстати, сейчас это же самое происходит с нашим резервом – они очень мало играть заграничные турниры. Полный календарь Метревели получил только тогда, когда его профессиональный пик уже прошёл. Всё нужно делать вовремя. Раннее формирование дало бы ему базу, на основании которой он бы сумел выступать ещё дольше и на ещё более высоком уровне. Ему поздно дали возможность играть, и то, только благодаря его заслуге. Он нашёл родственников в Австралии, и по специальному разрешению ЦК ему разрешили там выступать. И что бы вы думали!? Он практически всех обыграл, будучи на закате карьеры! В общем, я считаю, что он мог бы добиться гораздо больших высот, но такова жизнь.
Ольга Морозова:
— Впервые мы с ним познакомились на сборе в 1965 году. Он тогда был молодым и подающим надежды спортсменом, но уже звездой, а меня только пригласили на сбор. Я не могу сказать, что мы тогда прям подружились, но именно в то время состоялось наше первое знакомство. Потом зимой того же года я впервые участвовала в международном турнире, и мы с ним попробовали сыграть микст. Увы, неудачно. Думали, что у нас должно получиться хорошо, но не сложилось, мы проиграли в первом круге.
Мы подружились не сразу. Во-первых, он был старше меня. Тогда мне было 16, а ему 21 год, и в этот период это большая разница в возрасте. Мне кажется, те 16 лет, это как сейчас 12. Естественно, мы были в разных лигах. Я только начинала, а он уже был на пьедестале. Тем более его обожал старший тренер сборной Советского СоюзаСергей Сергеевич Андреев. В общем, мы лишь следили за его выступлениями и за его талантом. Более близкие отношения у нас сложились после того, как мы стали более-менее регулярно играть вместе микст. Я очень хорошо помню, как он надо мной подшучивал, когда я первый раз поехала на Уимблдон. Там мы и сдружились, кстати. Дело в том, что команда была маленькой. Дмитриева всё время меня с собой брала, и я вместе с ними ходила в ресторан или ещё куда-нибудь. Правда, тогда я была в роли маленькой девчонки, которую с собой берут, и она всё время рядышком. После 1968 года мы стали часто играть с Аликом микст, и тогда наши отношения стали более дружескими.
Он талант, он грузин, и он старше меня. На корте мне приходилось всё время его слушаться. С ним было очень сложно играть вместе психологически, с другой стороны, он брал на себя не половину корта, а три четверти или даже больше. Мне оставалось только не запороть свою "четвертушку". И потом, я даже не могла себе представить, что Метревели может не принять подачу. В моей голове это просто не укладывалось. Или например, я даже подумать не могла, что он отдаст гейм на своей подаче. Это было аксиомой! Наверное, с одной стороны, с ним было легко, а с другой, очень сложно. Но тут надо понимать, что он большой талант, и соответствующей отдачи требовал по отношению к себе.
Мы все только пытались взойти на вершину международной арены, поэтому каждая победа или каждое участие в турнире было совершенно невероятном событием. Мы с ним в миксте в 1968 году вышли в финал Уимблдонского турнира, хотя тогда играли все лучшие теннисисты мира. Это сейчас в миксте в основном участвуют только парники, а тогда все ведущие мировые теннисисты играли во всех разрядах. Плюс в те времена, конечно, игроки мировой элиты и те, кто только начинал пробиваться наверх, не были избалованы высокими призовыми фондами.
http://img.championat.com/i/article/61/61/1351836161_b_olga-morozova-i-aleksandr-metreveli-sprava-i-nell-trumjen-i-dzhon-klifton.jpg
Ольга Морозова и Александр Метревели (справа) и Нелл Трумэн и Джон Клифтон
Советские спортсмены в плане финансов всегда стояли особняком. Мы фактически ничего не зарабатывали. Однажды как раз с Аликом произошла очень смешная ситуация. Мы выезжали на травяные турниры примерно на месяц – на три или четыре соревнования подряд. Так вот, если ты получал пусть даже самые минимальные призовые, то у тебя забирали все суточные, которые выделялись на питание. В 1973 году Алик вышел в финал Уимблдона, и после того, как у него вычли все суточные, в принципе он уже должен был государству, а не наоборот. Я не помню, как всё разрешилось в итоге, но ситуация была весьма юмористическая.
Второй наш финал на Уимблдоне с Аликом был в 1970 году. Безусловно, у нас не было какой-то близкой дружбы или общения с иностранцами в силу понятных обстоятельств, но все они нас с Аликом уважали. Я очень хорошо помню, как мы обыграли выдающихся теннисистов Энн Джонс и Фреда Столле. Потрясающие были ощущения! В какой-то момент мы поняли, что нас действительно стали воспринимать всерьёз. Например, если ты постоянно принимаешь подачу той же Энн Джонс в миксте, то и в одиночке это произойдёт. Она это осознавала, так что и воспринимала тебя иначе. Лично у меня после удачных выступлений в миксте сложились неплохие взаимоотношения с Крис Эверт,Маргарет Корт, Вирджинией Уэйд и другими. Они все предлагали мне играть пару. Думаю, толчком к этому послужили как раз наши с Аликом успехи в миксте.
Отлично помню наш первый финал на Уимблдоне в 1968 году. Тогда во время матча он мне повторял: "Играй на женщину, играй только на женщину". Правда, когда мы вышли играть против Маргарет Корт и Кена Флетчера, Маргарет была выше него на голову! И всё же, первую партию мы проиграли, но во второй у нас с Аликом было три сетбола. До сих пор помню, как на одном из них я взяла мяч из верного аута. Он смотрел на меня такими глазами, мол, что же ты делаешь!? А я стою практически на задней линии и играю мяч с лёта. Сами понимаете, какое тогда было волнение… Кстати, в то время Уимблдон завершался праздничным банкетом, и окончания нашего финала ждали все победители и организаторы. Ольга Морозова: Он талант, он грузин, и он старше меня. На корте мне приходилось всё время его слушаться. С ним было очень сложно играть вместе психологически, с другой стороны, он брал на себя не половину корта, а три четверти или даже больше. Мне оставалось только не запороть свою "четвертушку".Мы испортили им весь вечер, поскольку наш матч закончился в 21:40, а бал по идее начинался в 21:00. Естественно, мы сразу рванули туда. Мы проиграли финал, но для меня это были первые большие победы. Расстройство от проигрыша ощущалось, но в то же время мы были горды тем, чего достигли.
Алик на корте был очень творчески настроенный игрок. Он был феноменально лёгок в передвижении, и у него была красивая пластичная техника. В его арсенале не было ударов, которые бы он не умел исполнять. А самое главное, он совершенно потрясающе играл тактически. Я бы это описала следующим образом: игра соперника – это чашка, и в какой-то момент она чуть-чуть трескается. А Алик всё подливает и подливает в неё воду, пока, в конце концов, благодаря последней капельке чашка разрывается. Складывалось порой такое ощущение, будто удав смотрит на кролика. Он ждёт, выжидает, а потом раз, и проглатывает добычу. Алик был таков. При всей своей элегантности, он ждал, терпел, но в итоге находил способ, чтобы разорвать противника.
Метревели всегда боролся до самого конца. Я помню один из его матчей в рамках Кубка Дэвиса против Мануэля Орантеса. Мы играли в Донецке в 1976 году против сборной Испании. После окончания матча бежит ко мне жена Алика и кричит: "Оля, не могу, я так рада, у меня аж мышцы сводит!", — а я ей: "Ты посмотри на своего мужа". Его свело полностью. На последнем ударе у него свело руки и ноги, но он продолжал бороться. Потом Алик рассказывал, что он вдруг увидел, что где-то на руке у Орантеса свело палец. Тогда он позабыл о своей боли, взял волю в кулак и доиграл матч до победного конца. Это говорит о его характере. Алик знал, что он не имеет права проигрывать, выступая за страну в Кубке Дэвиса. Он практически не проигрывал, и его за это уважают. Его любят не только за талант, но и за невероятные бойцовские качества.
Чемпионат.com, 2 ноября 2012 года
Ольга Морозова:
— Впервые мы с ним познакомились на сборе в 1965 году. Он тогда был молодым и подающим надежды спортсменом, но уже звездой, а меня только пригласили на сбор. Я не могу сказать, что мы тогда прям подружились, но именно в то время состоялось наше первое знакомство. Потом зимой того же года я впервые участвовала в международном турнире, и мы с ним попробовали сыграть микст. Увы, неудачно. Думали, что у нас должно получиться хорошо, но не сложилось, мы проиграли в первом круге.
Мы подружились не сразу. Во-первых, он был старше меня. Тогда мне было 16, а ему 21 год, и в этот период это большая разница в возрасте. Мне кажется, те 16 лет, это как сейчас 12. Естественно, мы были в разных лигах. Я только начинала, а он уже был на пьедестале. Тем более его обожал старший тренер сборной Советского СоюзаСергей Сергеевич Андреев. В общем, мы лишь следили за его выступлениями и за его талантом. Более близкие отношения у нас сложились после того, как мы стали более-менее регулярно играть вместе микст. Я очень хорошо помню, как он надо мной подшучивал, когда я первый раз поехала на Уимблдон. Там мы и сдружились, кстати. Дело в том, что команда была маленькой. Дмитриева всё время меня с собой брала, и я вместе с ними ходила в ресторан или ещё куда-нибудь. Правда, тогда я была в роли маленькой девчонки, которую с собой берут, и она всё время рядышком. После 1968 года мы стали часто играть с Аликом микст, и тогда наши отношения стали более дружескими.
Он талант, он грузин, и он старше меня. На корте мне приходилось всё время его слушаться. С ним было очень сложно играть вместе психологически, с другой стороны, он брал на себя не половину корта, а три четверти или даже больше. Мне оставалось только не запороть свою "четвертушку". И потом, я даже не могла себе представить, что Метревели может не принять подачу. В моей голове это просто не укладывалось. Или например, я даже подумать не могла, что он отдаст гейм на своей подаче. Это было аксиомой! Наверное, с одной стороны, с ним было легко, а с другой, очень сложно. Но тут надо понимать, что он большой талант, и соответствующей отдачи требовал по отношению к себе.
Мы все только пытались взойти на вершину международной арены, поэтому каждая победа или каждое участие в турнире было совершенно невероятном событием. Мы с ним в миксте в 1968 году вышли в финал Уимблдонского турнира, хотя тогда играли все лучшие теннисисты мира. Это сейчас в миксте в основном участвуют только парники, а тогда все ведущие мировые теннисисты играли во всех разрядах. Плюс в те времена, конечно, игроки мировой элиты и те, кто только начинал пробиваться наверх, не были избалованы высокими призовыми фондами.
http://img.championat.com/i/article/61/61/1351836161_b_olga-morozova-i-aleksandr-metreveli-sprava-i-nell-trumjen-i-dzhon-klifton.jpg
Ольга Морозова и Александр Метревели (справа) и Нелл Трумэн и Джон Клифтон
Советские спортсмены в плане финансов всегда стояли особняком. Мы фактически ничего не зарабатывали. Однажды как раз с Аликом произошла очень смешная ситуация. Мы выезжали на травяные турниры примерно на месяц – на три или четыре соревнования подряд. Так вот, если ты получал пусть даже самые минимальные призовые, то у тебя забирали все суточные, которые выделялись на питание. В 1973 году Алик вышел в финал Уимблдона, и после того, как у него вычли все суточные, в принципе он уже должен был государству, а не наоборот. Я не помню, как всё разрешилось в итоге, но ситуация была весьма юмористическая.
Второй наш финал на Уимблдоне с Аликом был в 1970 году. Безусловно, у нас не было какой-то близкой дружбы или общения с иностранцами в силу понятных обстоятельств, но все они нас с Аликом уважали. Я очень хорошо помню, как мы обыграли выдающихся теннисистов Энн Джонс и Фреда Столле. Потрясающие были ощущения! В какой-то момент мы поняли, что нас действительно стали воспринимать всерьёз. Например, если ты постоянно принимаешь подачу той же Энн Джонс в миксте, то и в одиночке это произойдёт. Она это осознавала, так что и воспринимала тебя иначе. Лично у меня после удачных выступлений в миксте сложились неплохие взаимоотношения с Крис Эверт,Маргарет Корт, Вирджинией Уэйд и другими. Они все предлагали мне играть пару. Думаю, толчком к этому послужили как раз наши с Аликом успехи в миксте.
Отлично помню наш первый финал на Уимблдоне в 1968 году. Тогда во время матча он мне повторял: "Играй на женщину, играй только на женщину". Правда, когда мы вышли играть против Маргарет Корт и Кена Флетчера, Маргарет была выше него на голову! И всё же, первую партию мы проиграли, но во второй у нас с Аликом было три сетбола. До сих пор помню, как на одном из них я взяла мяч из верного аута. Он смотрел на меня такими глазами, мол, что же ты делаешь!? А я стою практически на задней линии и играю мяч с лёта. Сами понимаете, какое тогда было волнение… Кстати, в то время Уимблдон завершался праздничным банкетом, и окончания нашего финала ждали все победители и организаторы. Ольга Морозова: Он талант, он грузин, и он старше меня. На корте мне приходилось всё время его слушаться. С ним было очень сложно играть вместе психологически, с другой стороны, он брал на себя не половину корта, а три четверти или даже больше. Мне оставалось только не запороть свою "четвертушку".Мы испортили им весь вечер, поскольку наш матч закончился в 21:40, а бал по идее начинался в 21:00. Естественно, мы сразу рванули туда. Мы проиграли финал, но для меня это были первые большие победы. Расстройство от проигрыша ощущалось, но в то же время мы были горды тем, чего достигли.
Алик на корте был очень творчески настроенный игрок. Он был феноменально лёгок в передвижении, и у него была красивая пластичная техника. В его арсенале не было ударов, которые бы он не умел исполнять. А самое главное, он совершенно потрясающе играл тактически. Я бы это описала следующим образом: игра соперника – это чашка, и в какой-то момент она чуть-чуть трескается. А Алик всё подливает и подливает в неё воду, пока, в конце концов, благодаря последней капельке чашка разрывается. Складывалось порой такое ощущение, будто удав смотрит на кролика. Он ждёт, выжидает, а потом раз, и проглатывает добычу. Алик был таков. При всей своей элегантности, он ждал, терпел, но в итоге находил способ, чтобы разорвать противника.
Метревели всегда боролся до самого конца. Я помню один из его матчей в рамках Кубка Дэвиса против Мануэля Орантеса. Мы играли в Донецке в 1976 году против сборной Испании. После окончания матча бежит ко мне жена Алика и кричит: "Оля, не могу, я так рада, у меня аж мышцы сводит!", — а я ей: "Ты посмотри на своего мужа". Его свело полностью. На последнем ударе у него свело руки и ноги, но он продолжал бороться. Потом Алик рассказывал, что он вдруг увидел, что где-то на руке у Орантеса свело палец. Тогда он позабыл о своей боли, взял волю в кулак и доиграл матч до победного конца. Это говорит о его характере. Алик знал, что он не имеет права проигрывать, выступая за страну в Кубке Дэвиса. Он практически не проигрывал, и его за это уважают. Его любят не только за талант, но и за невероятные бойцовские качества.
Чемпионат.com, 2 ноября 2012 года
-
Сергей Соколов
Александр Метревели: «Ельцин мог специально проснуться в три ночи, чтобы смотреть теннис из Австралии»
http://img-cdn9.sportbo.ru/images/51/22fd-614f1120bac8666dfe7d1d04b1355d03.jpg
Александр Метревели приехал в Казань на встречу Кубка Дэвиса, в котором сборная России обыграла команду Швеции. Его комментаторскому дуэту с Анной Дмитриевой уже два десятка лет и теперь они вместе работают на «Матч ТВ». В интервью «БИЗНЕС Online» Метревели рассказал о том, почему сборная СССР не выигрывала Кубок Дэвиса и что прибалты болели против своих еще во времена Союза.
ТЕННИС НА «МАТЧ ТВ» НЕ В ПРИОРИТЕТЕ
– Александр Ираклиевич, в вашем большом интервью, посвященном 70-летию, вы говорили о том, что ничего не знаете о своем будущем. В конце сентября 2015 года заканчивался ваш контракт с « НТВ-Плюс» и вы не знали, что будете делать дальше. Даже предполагали вернуться на родину в Грузию. Судя по тому, что вы сейчас на «Матч ТВ», возвращение в Тбилиси откладывается на неопределенный срок?
– Знаете, я сейчас уже не помню детали того интервью, но сейчас у нас положение тоже непонятное. Как и что? Всех телекомментаторов перевели на выработку. Как в советские времена говорили про эту форму оплаты – сдельная. Сколько сделал – столько заработал. В принципе, это неплохо, но при условии, что есть работа. Что касается тенниса, то у нас никакие телетрансляции не закуплены, разве что в последний момент были приобретены права на Кубок Дэвиса, и на Кубок Федераций. И всё! Никаких турниров Большого шлема нет. В плане, наверное, Олимпиада, но до нее еще пять месяцев. А что в это время нам делать? В результате складывается несколько непонятная ситуация. Поживем – увидим, хотя замечу, что к теннису у нас большого уважения нет.
– На «Матч ТВ»?
– Да. Если вы прочтете интервью Тины Канделаки, то она говорит о тех видах спорта, которые будут активно транслироваться. Но теннис в их число не входит.
– Кстати, вся шумиха на «Матч ТВ» связана исключительно с футбольными комментаторами – кого взяли, кого уволили. Как будто других видов спорта и нет.– Думаю, что пора уже этому закончиться. Пора уже просто работать. Но пока никак не могут определиться – то одно, то другое. Самое главное – как мы будем работать? Если планируют ограничиться демонстрацией Кубка Дэвиса и Кубка Федераций, тогда может быть и не стоит продолжать работу. Да, мы очень любим свою работу, теннис, но сейчас у нас очень ограниченные возможности.
«ЗАКРЫЛСЯ ТЕННИСНЫЙ ТЕЛЕКАНАЛ, КОТОРЫЙ ДМИТРИЕВА С БОЛЬШИМ ТРУДОМ СОЗДАВАЛА»
– Тем более, кто, кроме вас?
– Так тенниса вообще нет в программе. Мы даже на личности не переходим, просто отмечаем, что нет закупленных соревнований. Нужно же покупать права на трансляции, чтобы на них потом работать. И закрылся канал «НТВ-Плюс Теннис», который Анна Дмитриева создавала с большим трудом, он был первым в мире. Но начальство пока решило, что он не нужен.
– Чем обусловлены такие решения? Низкими рейтингами?
– Я могу ссылаться на интервью Канделаки, которая объясняет низкие рейтинги тем, что российские болельщики не умеют болеть, стадионы полупустые, спортивные трансляции смотрит не такое количество людей, которое должно быть. Это ее мнение. Что касается интереса к теннису, то он есть, только какой он – трудно сказать. Потом, при всем уважении к нынешним командам России и Швеции, замечу, что они играют в первой лиге Кубка Дэвиса. Между тем, есть мировая группа, которая также проводит в эти сроки свои матчи, и там есть очень любопытные противостояния. Если в прошлом году мы показывали полуфиналы, а потом финал Кубка Дэвиса, то в этом сезоне не показываем. Или первый тур Кубка Федераций, когда было несколько матчей, даже более интересных, чем Россия и Голландия, но мы тоже ничего не показывали.
http://img-cdn3.sportbo.ru/images/98/2579-066a12f1ae4c6023f3e78ed3cbf9f9a6.jpg
«СБОРНАЯ СССР ДВАЖДЫ МОГЛА ВЫИГРАТЬ КУБОК ДЭВИСА, НО ЕЙ МЕШАЛИ ПОЛИТИЧЕСКИЕ МОТИВЫ»
– Позвольте, пользуясь случаем, более обширно представить нашим читателям не комментатора Метревели, а теннисиста, который является рекордсменом сборной СССР по участию в одиночном и парном матчах на Кубке Дэвиса. Вы родились в предпоследний год войны, и для нынешнего болельщика выглядит удивительным, что пришли в теннис в послевоенные годы.
– На самом деле, тут нет ничего удивительного. Я пришел в теннис в 8-летнем возрасте, и уже тогда с этим видом спорта в моем родном Тбилиси всё было нормально. Мы тренировались, всё было бесплатно – занятия, инвентарь, аренда кортов, также как выезды на соревнования, пусть только по СССР, но все было бесплатно для занимающихся. Для начального уровня обучения всё было очень даже неплохо. Другое дело, что со временем, когда повышался уровень мастерства, начиналось понимание, что корты не соответствуют международным стандартам, ракетки, мячи были не самого лучшего качества. Но для детей все было на хорошем уровне. Неудивительно, что у нас собралась группа из 10-15 человек, которые вместе росли и совершенствовались. В других регионах могли появляться самородки, как, к примеру, Сергей Лихачев в Баку, но это были единичные случаи. И наш, грузинский теннис, плюс московский, украинский и эстонский были вполне на уровне.
– В результате, был момент, когда сборная СССР состояла из грузин – вас и более молодого Теймураза Какулия. Но проторили дорогу в сборную вы. Как это происходило?
– Когда я только входил в состав сборной, то не сыграл в дебютном турнире сборной СССР в Кубке Дэвиса. Начал играть со второго сезона. Считаю, что в двух сезонах у нас были шансы выиграть Кубок Дэвиса, но тогда-то и мешали эти отказы сыграть с противником по политическим мотивам. По составу команды, по силе игроков, вышедших на пик своей формы, мы были тогда хорошо готовы. Причем, замечу, что тогда отношение к Кубку Дэвиса было очень серьезным, нежели сейчас. Самих соревнований было мало, все стремились играть, отказов не наблюдалось. Это сейчас все сосредоточены на личных турнирах.
http://img-cdn4.sportbo.ru/images/87/89cc-784c23acb67d8f0c312227f334671f8e.jpg
Александр Метревели на Уимблдоне-1974
– Злым гением сборной СССР в ваши годы была Румыния с Илие Настасе и Йоном Цириаком. Сборная трижды проигрывала румынам на разных стадиях Кубка Дэвиса.
– С ними было очень неприятно играть, особенно когда это касалось выездных матчей. Свои судьи на линии, которые жульничали так, что просто ужас. Линия корта была нанесена мелом, получалась какой-то расплывчатой и румыны этим пользовались.
«КАКУЛИЯ ПЕРЕД МАТЧЕМ СО ШВЕЦИЕЙ ВЫПИЛ ТАБЛЕТКУ, И УПАЛ В ОБМОРОК»
– Еще одним запоминающимся противостоянием был первый матч со сборной Швеции в 1975 году в Юрмале, когда Бьорн Борг практически в одиночку переиграл сборную СССР.
– Это было страшное время, потому что практически одновременно с матчем Кубка Дэвиса мы принимали участие в Спартакиаде народов СССР в Таллине. Отыграли командный турнир всей командой, погрузились в такси и поехали в Юрмалу. Кроме этих путешествий, нам пришлось привыкать заново к мячам, поскольку на Спартакиаде мы играли мячами советского производства, а в Юрмале переключились на импортные мячи, на другие корты. Ни о какой подготовке к матчу говорить не приходилось. Отыграли и вернулись из Юрмалы в Таллин уже на личный турнир Спартакиады. Причем, начинал я играть в девять утра, а заканчивал за полночь, хотя тогда в Таллине было время белых ночей. Причем, я думаю, что у нас был бы шанс побороться со шведами, несмотря на то, что Борг был очень хорош, но за нас не сыграл Какулия. Он за завтраком принял какие-то солевые таблетки до матча, и упал в обморок.
– Еще удивили ваши слова о том, что в Юрмале местные зрители болели против сборной СССР.
– Да, такое же, кстати, наблюдалось и в Таллине, когда игрались международные матчи. Местные болели против советских, потому, что много оставалось людей, которые помнили о пакте Молотова-Риббентропа в 1939 году.
– После успешной спортивной карьеры у вас была карьера спортивного чиновника. На какие годы пришлась ваша работа?
– С 1981 по 1986 годы.
http://img-cdn2.sportbo.ru/images/4c/d436-2d4916159340ee44abe7b9e58afdcdfa.jpg
Александр Метревели (справа) и Шамиль Тарпищев
– Самые успешные годы в истории грузинского спорта. При вас «Динамо» Тбилиси выиграло Кубок кубков?
– Не совсем так. Я тогда официально не работал на должности в спорткомитете, но уже был, что называется, прикреплен к футболу, отвечал за приемы команд гостей, судей. Необходимо было принимать гостей на хорошем уровне и, мне кажется, мы с этим справлялись. Что касается успешных годов в истории нашего спорта, то, я скажу, что во время моей карьеры на должности замминистра у меня не было выходных. Ни суббот, ни воскресений, просто не было. Потому, что у нас хорошо играли баскетболисты «Динамо», гандболисты «Буревестника», футболисты, про которых мы упомянули, ватерполисты, теннисисты… А матчи по игровым видам спорта приходились на, как сейчас называют, на уикенд. Была работа, что называется, на износ. Проблем с финансированием в те годы не было, а были они, как и во всем СССР, с билетами, гостиницами, хорошим питанием, но как-то выкручивались.
«ШАХМАТИСТЫ ДОСТАВЛЯЛИ МНЕ БОЛЬШЕ ВСЕГО ХЛОПОТ»
– Вы забыли упомянуть еще самый успешный вид спорта для Грузии в те годы – шахматы.
– Вот с ними у меня было больше всего хлопот. И с успешными шахматистками, и с шахматистами тоже. Вроде бы это не вид спорта, в нашем понимании, но к ним у нас было особое внимание. Так я отработал пять лет, но потом первый секретарь Компартии Грузии Эдуард Шеварднадзе уехал в Москву, между оставшимися на месте секретарями КПСС начались какие-то склоки, интриги в которых хотели использовать мое имя. А я не захотел быть втянутым в это всё, и ушел со своего поста. Я вернулся в теннис, правда, в ветеранский. Играл, в частности, в Германии, потом был ветеранский всемирный тур. И только с открытием НТВ я начал втягиваться в тележурналистику. Все пошло по нарастающей, вначале большое НТВ, потом НТВ Плюс, наконец, теннисный канал…
– Это уже в российские времена. А почему, на ваш взгляд, советский телезритель мог смотреть профессиональный теннис, несмотря на то, что наших игроков не было в турнирах Большого шлема. Помню финалы с участием звезд начала 80-х годов Джона Макинроя, Джимми Коннорса, Ивана Лендла
.– Трудно ответить с ходу. Тогда Анна Дмитриева сделала нечто вроде технического канала, на котором мы могли транслировать матчи Уимблдона. Постепенно начались трансляции на общедоступном телевидении. Тем более, что в те годы не было такого количества футбольных трансляций, как сейчас, заметно превосходящих все остальное. И не наблюдалось такого тотального интереса к футболу. А к теннису, я замечу, интерес был, причем, на уровне больших политиков советского времени, работавших в ЦК КПСС, Совете министров, которые любили и поддерживали теннис. Это наводит аналогии на времена Бориса Ельцина, когда никто даже заикнуться не мог о том, чтобы не показывать теннис по телевидению. Он мог в три ночи проснуться, чтобы в прямом эфире смотреть матчи Открытого чемпионата Австралии. Это очень важно у нас для развития того или иного вида спорта, видеть заинтересованность первых лиц в руководстве страны.
– Критики могут заметить, что у нас в годы трансляций и сборная была получше, и играли мы на другом уровне, в мировой группе Кубка Дэвиса.
– Я объясняю это с привычной для развития спорта цикличностью. Посмотрите, сейчас и шведы, наши соперники по Кубку Дэвиса, переживают не лучшие времена. Американцы сделали шаг назад, австралийцы, которые, кажется, пережили не лучшие времена, снова возвращаются на первые роли, причем в достаточно массовом порядке. Я считаю, что и мы преодолеваем тот кризис в мужской команде. Сейчас есть плеяда игроков, которые могут вернуть команду в Мировую группу. Пусть не в этом году, что будет трудновато, но в ближайшее время. Там, уже в послеолимпийские годы легче играть на первых этапах Кубка Дэвиса потому что фавориты могут и не выходить на матчи ранних этапов. Это сейчас, в олимпийский год, все стремятся играть…
ДОСЬЕ
Александр Метревели. Родился 2 ноября 1944 года в Тбилиси. 29-кратный чемпион СССР в одиночном (1966-1967, 1969-1976, 1978, 1980), парном (1967-1968, 1970-1977) и смешанном (1970-1973, 1975-1976) разрядах, 6-кратный абсолютный чемпион (1970-1973,1975-1976).Рекордсмен Кубка Дэвиса среди советских теннисистов. Сыграл 105 матчей за сборную, это четвертый результат в мире. Финалист Уимблдона (1973), полуфиналист Открытых чемпионатов Австралии (1971) и Франции (1972). В мировом рейтинге занимал 9-е место в 1974 году.
http://img-cdn9.sportbo.ru/images/51/22fd-614f1120bac8666dfe7d1d04b1355d03.jpg
Александр Метревели приехал в Казань на встречу Кубка Дэвиса, в котором сборная России обыграла команду Швеции. Его комментаторскому дуэту с Анной Дмитриевой уже два десятка лет и теперь они вместе работают на «Матч ТВ». В интервью «БИЗНЕС Online» Метревели рассказал о том, почему сборная СССР не выигрывала Кубок Дэвиса и что прибалты болели против своих еще во времена Союза.
ТЕННИС НА «МАТЧ ТВ» НЕ В ПРИОРИТЕТЕ
– Александр Ираклиевич, в вашем большом интервью, посвященном 70-летию, вы говорили о том, что ничего не знаете о своем будущем. В конце сентября 2015 года заканчивался ваш контракт с « НТВ-Плюс» и вы не знали, что будете делать дальше. Даже предполагали вернуться на родину в Грузию. Судя по тому, что вы сейчас на «Матч ТВ», возвращение в Тбилиси откладывается на неопределенный срок?
– Знаете, я сейчас уже не помню детали того интервью, но сейчас у нас положение тоже непонятное. Как и что? Всех телекомментаторов перевели на выработку. Как в советские времена говорили про эту форму оплаты – сдельная. Сколько сделал – столько заработал. В принципе, это неплохо, но при условии, что есть работа. Что касается тенниса, то у нас никакие телетрансляции не закуплены, разве что в последний момент были приобретены права на Кубок Дэвиса, и на Кубок Федераций. И всё! Никаких турниров Большого шлема нет. В плане, наверное, Олимпиада, но до нее еще пять месяцев. А что в это время нам делать? В результате складывается несколько непонятная ситуация. Поживем – увидим, хотя замечу, что к теннису у нас большого уважения нет.
– На «Матч ТВ»?
– Да. Если вы прочтете интервью Тины Канделаки, то она говорит о тех видах спорта, которые будут активно транслироваться. Но теннис в их число не входит.
– Кстати, вся шумиха на «Матч ТВ» связана исключительно с футбольными комментаторами – кого взяли, кого уволили. Как будто других видов спорта и нет.– Думаю, что пора уже этому закончиться. Пора уже просто работать. Но пока никак не могут определиться – то одно, то другое. Самое главное – как мы будем работать? Если планируют ограничиться демонстрацией Кубка Дэвиса и Кубка Федераций, тогда может быть и не стоит продолжать работу. Да, мы очень любим свою работу, теннис, но сейчас у нас очень ограниченные возможности.
«ЗАКРЫЛСЯ ТЕННИСНЫЙ ТЕЛЕКАНАЛ, КОТОРЫЙ ДМИТРИЕВА С БОЛЬШИМ ТРУДОМ СОЗДАВАЛА»
– Тем более, кто, кроме вас?
– Так тенниса вообще нет в программе. Мы даже на личности не переходим, просто отмечаем, что нет закупленных соревнований. Нужно же покупать права на трансляции, чтобы на них потом работать. И закрылся канал «НТВ-Плюс Теннис», который Анна Дмитриева создавала с большим трудом, он был первым в мире. Но начальство пока решило, что он не нужен.
– Чем обусловлены такие решения? Низкими рейтингами?
– Я могу ссылаться на интервью Канделаки, которая объясняет низкие рейтинги тем, что российские болельщики не умеют болеть, стадионы полупустые, спортивные трансляции смотрит не такое количество людей, которое должно быть. Это ее мнение. Что касается интереса к теннису, то он есть, только какой он – трудно сказать. Потом, при всем уважении к нынешним командам России и Швеции, замечу, что они играют в первой лиге Кубка Дэвиса. Между тем, есть мировая группа, которая также проводит в эти сроки свои матчи, и там есть очень любопытные противостояния. Если в прошлом году мы показывали полуфиналы, а потом финал Кубка Дэвиса, то в этом сезоне не показываем. Или первый тур Кубка Федераций, когда было несколько матчей, даже более интересных, чем Россия и Голландия, но мы тоже ничего не показывали.
http://img-cdn3.sportbo.ru/images/98/2579-066a12f1ae4c6023f3e78ed3cbf9f9a6.jpg
«СБОРНАЯ СССР ДВАЖДЫ МОГЛА ВЫИГРАТЬ КУБОК ДЭВИСА, НО ЕЙ МЕШАЛИ ПОЛИТИЧЕСКИЕ МОТИВЫ»
– Позвольте, пользуясь случаем, более обширно представить нашим читателям не комментатора Метревели, а теннисиста, который является рекордсменом сборной СССР по участию в одиночном и парном матчах на Кубке Дэвиса. Вы родились в предпоследний год войны, и для нынешнего болельщика выглядит удивительным, что пришли в теннис в послевоенные годы.
– На самом деле, тут нет ничего удивительного. Я пришел в теннис в 8-летнем возрасте, и уже тогда с этим видом спорта в моем родном Тбилиси всё было нормально. Мы тренировались, всё было бесплатно – занятия, инвентарь, аренда кортов, также как выезды на соревнования, пусть только по СССР, но все было бесплатно для занимающихся. Для начального уровня обучения всё было очень даже неплохо. Другое дело, что со временем, когда повышался уровень мастерства, начиналось понимание, что корты не соответствуют международным стандартам, ракетки, мячи были не самого лучшего качества. Но для детей все было на хорошем уровне. Неудивительно, что у нас собралась группа из 10-15 человек, которые вместе росли и совершенствовались. В других регионах могли появляться самородки, как, к примеру, Сергей Лихачев в Баку, но это были единичные случаи. И наш, грузинский теннис, плюс московский, украинский и эстонский были вполне на уровне.
– В результате, был момент, когда сборная СССР состояла из грузин – вас и более молодого Теймураза Какулия. Но проторили дорогу в сборную вы. Как это происходило?
– Когда я только входил в состав сборной, то не сыграл в дебютном турнире сборной СССР в Кубке Дэвиса. Начал играть со второго сезона. Считаю, что в двух сезонах у нас были шансы выиграть Кубок Дэвиса, но тогда-то и мешали эти отказы сыграть с противником по политическим мотивам. По составу команды, по силе игроков, вышедших на пик своей формы, мы были тогда хорошо готовы. Причем, замечу, что тогда отношение к Кубку Дэвиса было очень серьезным, нежели сейчас. Самих соревнований было мало, все стремились играть, отказов не наблюдалось. Это сейчас все сосредоточены на личных турнирах.
http://img-cdn4.sportbo.ru/images/87/89cc-784c23acb67d8f0c312227f334671f8e.jpg
Александр Метревели на Уимблдоне-1974
– Злым гением сборной СССР в ваши годы была Румыния с Илие Настасе и Йоном Цириаком. Сборная трижды проигрывала румынам на разных стадиях Кубка Дэвиса.
– С ними было очень неприятно играть, особенно когда это касалось выездных матчей. Свои судьи на линии, которые жульничали так, что просто ужас. Линия корта была нанесена мелом, получалась какой-то расплывчатой и румыны этим пользовались.
«КАКУЛИЯ ПЕРЕД МАТЧЕМ СО ШВЕЦИЕЙ ВЫПИЛ ТАБЛЕТКУ, И УПАЛ В ОБМОРОК»
– Еще одним запоминающимся противостоянием был первый матч со сборной Швеции в 1975 году в Юрмале, когда Бьорн Борг практически в одиночку переиграл сборную СССР.
– Это было страшное время, потому что практически одновременно с матчем Кубка Дэвиса мы принимали участие в Спартакиаде народов СССР в Таллине. Отыграли командный турнир всей командой, погрузились в такси и поехали в Юрмалу. Кроме этих путешествий, нам пришлось привыкать заново к мячам, поскольку на Спартакиаде мы играли мячами советского производства, а в Юрмале переключились на импортные мячи, на другие корты. Ни о какой подготовке к матчу говорить не приходилось. Отыграли и вернулись из Юрмалы в Таллин уже на личный турнир Спартакиады. Причем, начинал я играть в девять утра, а заканчивал за полночь, хотя тогда в Таллине было время белых ночей. Причем, я думаю, что у нас был бы шанс побороться со шведами, несмотря на то, что Борг был очень хорош, но за нас не сыграл Какулия. Он за завтраком принял какие-то солевые таблетки до матча, и упал в обморок.
– Еще удивили ваши слова о том, что в Юрмале местные зрители болели против сборной СССР.
– Да, такое же, кстати, наблюдалось и в Таллине, когда игрались международные матчи. Местные болели против советских, потому, что много оставалось людей, которые помнили о пакте Молотова-Риббентропа в 1939 году.
– После успешной спортивной карьеры у вас была карьера спортивного чиновника. На какие годы пришлась ваша работа?
– С 1981 по 1986 годы.
http://img-cdn2.sportbo.ru/images/4c/d436-2d4916159340ee44abe7b9e58afdcdfa.jpg
Александр Метревели (справа) и Шамиль Тарпищев
– Самые успешные годы в истории грузинского спорта. При вас «Динамо» Тбилиси выиграло Кубок кубков?
– Не совсем так. Я тогда официально не работал на должности в спорткомитете, но уже был, что называется, прикреплен к футболу, отвечал за приемы команд гостей, судей. Необходимо было принимать гостей на хорошем уровне и, мне кажется, мы с этим справлялись. Что касается успешных годов в истории нашего спорта, то, я скажу, что во время моей карьеры на должности замминистра у меня не было выходных. Ни суббот, ни воскресений, просто не было. Потому, что у нас хорошо играли баскетболисты «Динамо», гандболисты «Буревестника», футболисты, про которых мы упомянули, ватерполисты, теннисисты… А матчи по игровым видам спорта приходились на, как сейчас называют, на уикенд. Была работа, что называется, на износ. Проблем с финансированием в те годы не было, а были они, как и во всем СССР, с билетами, гостиницами, хорошим питанием, но как-то выкручивались.
«ШАХМАТИСТЫ ДОСТАВЛЯЛИ МНЕ БОЛЬШЕ ВСЕГО ХЛОПОТ»
– Вы забыли упомянуть еще самый успешный вид спорта для Грузии в те годы – шахматы.
– Вот с ними у меня было больше всего хлопот. И с успешными шахматистками, и с шахматистами тоже. Вроде бы это не вид спорта, в нашем понимании, но к ним у нас было особое внимание. Так я отработал пять лет, но потом первый секретарь Компартии Грузии Эдуард Шеварднадзе уехал в Москву, между оставшимися на месте секретарями КПСС начались какие-то склоки, интриги в которых хотели использовать мое имя. А я не захотел быть втянутым в это всё, и ушел со своего поста. Я вернулся в теннис, правда, в ветеранский. Играл, в частности, в Германии, потом был ветеранский всемирный тур. И только с открытием НТВ я начал втягиваться в тележурналистику. Все пошло по нарастающей, вначале большое НТВ, потом НТВ Плюс, наконец, теннисный канал…
– Это уже в российские времена. А почему, на ваш взгляд, советский телезритель мог смотреть профессиональный теннис, несмотря на то, что наших игроков не было в турнирах Большого шлема. Помню финалы с участием звезд начала 80-х годов Джона Макинроя, Джимми Коннорса, Ивана Лендла
.– Трудно ответить с ходу. Тогда Анна Дмитриева сделала нечто вроде технического канала, на котором мы могли транслировать матчи Уимблдона. Постепенно начались трансляции на общедоступном телевидении. Тем более, что в те годы не было такого количества футбольных трансляций, как сейчас, заметно превосходящих все остальное. И не наблюдалось такого тотального интереса к футболу. А к теннису, я замечу, интерес был, причем, на уровне больших политиков советского времени, работавших в ЦК КПСС, Совете министров, которые любили и поддерживали теннис. Это наводит аналогии на времена Бориса Ельцина, когда никто даже заикнуться не мог о том, чтобы не показывать теннис по телевидению. Он мог в три ночи проснуться, чтобы в прямом эфире смотреть матчи Открытого чемпионата Австралии. Это очень важно у нас для развития того или иного вида спорта, видеть заинтересованность первых лиц в руководстве страны.
– Критики могут заметить, что у нас в годы трансляций и сборная была получше, и играли мы на другом уровне, в мировой группе Кубка Дэвиса.
– Я объясняю это с привычной для развития спорта цикличностью. Посмотрите, сейчас и шведы, наши соперники по Кубку Дэвиса, переживают не лучшие времена. Американцы сделали шаг назад, австралийцы, которые, кажется, пережили не лучшие времена, снова возвращаются на первые роли, причем в достаточно массовом порядке. Я считаю, что и мы преодолеваем тот кризис в мужской команде. Сейчас есть плеяда игроков, которые могут вернуть команду в Мировую группу. Пусть не в этом году, что будет трудновато, но в ближайшее время. Там, уже в послеолимпийские годы легче играть на первых этапах Кубка Дэвиса потому что фавориты могут и не выходить на матчи ранних этапов. Это сейчас, в олимпийский год, все стремятся играть…
ДОСЬЕ
Александр Метревели. Родился 2 ноября 1944 года в Тбилиси. 29-кратный чемпион СССР в одиночном (1966-1967, 1969-1976, 1978, 1980), парном (1967-1968, 1970-1977) и смешанном (1970-1973, 1975-1976) разрядах, 6-кратный абсолютный чемпион (1970-1973,1975-1976).Рекордсмен Кубка Дэвиса среди советских теннисистов. Сыграл 105 матчей за сборную, это четвертый результат в мире. Финалист Уимблдона (1973), полуфиналист Открытых чемпионатов Австралии (1971) и Франции (1972). В мировом рейтинге занимал 9-е место в 1974 году.