Добавлено: Ср дек 15, 2010 5:30 am
Здравствуйте, любители тенниса!
Как вы поняли из названия блога, меня зовут Козенко Андрей Алексеевич. Я бывший детский тренер по теннису. Сейчас нахожусь на пенсии и пишу книги, в которых излагаю свой тренерский опыт и некоторые мысли о воспитании детей, их образовании, питании и т.п.
В блоге сначала буду размещать главы из моих книг, а затем как дело пойдет.
Полную информацию о моих книгах (содержание, отзывы, где купить и пр.) можно получить на сайте
http://kidtennis.narod.ru
Буду рад вашим комментариям на мои тексты.
книга ФОРМУЛА ЧЕМПИОНА
Глава 2 ТЕННИСНЫЙ ТАЛАНТ
X Пока чаша пуста - глубина ее бесполезна".
X Лао Цзы, "Дао дэ цзин"
1.Теннисные задатки
В этой главе речь пойдет об одном из самых непростых вопросов – о теннисном таланте, его слагаемых и проблемах раннего выявления. В теннисе, как и в музыке, талант играет более важную роль, нежели опыт и техника игры. Поэтому никакие внешние условия (усиленные тренировки, прекрасный тренер, научное сопровождение, финансы) не помогут достичь вершин профессионального тенниса, если нет таланта или он недостаточен. Эту простую истину иногда забывают родители юных теннисистов, что приводит порой к трагическим результатам.
Теннисный талант понятие достаточно сложное и емкое. Приходилось ли вам когда-либо играть с талантливым игроком, пусть даже любителем, самоучкой, у которого и техника-то неправильная, и подает он, как говорят, "лопатой", но почему-то большинство подач попадает, да еще как попадает: "плоские", низко стелющиеся (как правило, в угол) мячи. Прекрасно передвигаясь по корту, он достает буквально всё, выходит к сетке и как будто перекрывает всю площадку: куда не ударишь - везде его ракетка. Создается такое впечатление, что он предугадывает направление вашего удара
Однако легко рассуждать о таланте, когда теннисист состоялся, но когда "будущего Агасси" приводит мама, и он не умеет не только держать ракетку, но и мячик выскальзывает из его ручонок, - вот тогда и осознаешь величину проблемы определения теннисных способностей у детей. Сейчас уже никто не оспаривает наличие врожденных способностей у человека к тому или иному виду деятельности, определяемых задатками, заложенными в генотипе индивида. Выявилось, что даже у зверей – цирковых медведей – есть задатки к определенным видам деятельности: одни лучше катаются на велосипеде, другие склонны к танцам, третьи к эквилибристике и т.д. Следовательно, задатки – это такая же физиологическая категория как рефлексы, способность к развитию речи и определяются они вполне определенным набором генов, вполне подвластных наблюдению и систематизации (а в недалеком будущем и модификации).
Теннисным задаткам посвящено множество статей, одно перечисление которых заняло бы несколько страниц (см., например, /5-13/). При всем многообразии подхода к природным задаткам к настоящему моменту среди теннисных специалистов оформились более или менее схожие взгляды на главные качества, которыми должен обладать будущий теннисист. Это, во-первых, чувство мяча или чувство ракетки (иногда встречается и такое название), во-вторых, координационные способности или ловкость, в-третьих, резвость, в-четвертых, реакция на движущийся объект, наконец, физические и психические кондиции. Все перечисленные здесь качества кроме, пожалуй, чувства мяча должны быть понятны даже неспециалисту. О чувстве мяча очень хорошо сказала Анна Дмитриева, комментируя матч с участием Джона Макинроя. Она произнесла: "Джон очень хорошо чувствует мяч, создается впечатление, что у него ракетка является продолжением руки". То есть, проще говоря, в любых ситуациях он бьет по мячу центром ракетки. Потрясающее мышечное чувство центра струнной поверхности ракетки! Имеется и научные определения мышечного чувства как тонкости мышечно-двигательных ощущений и точности дифференцировки мышечных усилий. К. Агашин определяет мышечное чувство через биомеханический резонанс /14/. Иожеф Сасси пишет о недостаточном мышечном чувстве Ивана Лендла, которое он компенсировал огромной работоспособностью /15/.
Мышечное чувство теннисиста можно сравнить с мышечным чувством пианиста, позволяющее последнему, не глядя на клавиши рояля, брать сложные аккорды. Однако если пианист ощущает клавиши рояля непосредственно тактильными органами – пальцами, то теннисисту приходится «ощущать» поверхность мячика ракеткой на расстоянии около полуметра от своих тактильных датчиков. Но, в принципе, тренировка мышечного чувства как пианистов, так и теннисистов не отличается: первые «долбят» гаммы, вторые – стенку, а, став профессионалами, и те, и другие должны многочасовыми ежедневными тренировками поддерживать свое мышечное чувство.
Опытные тренеры умеют определять наличие чувства мяча у начинающих теннисистов, но, конечно же, не сразу. Для этого необходимо понаблюдать за освоением учеником ударов, произвести его тестирование. Тестовые способы определения чувства мяча у детей не очень надежны и требуют определенного уровня физического развития ребенка, поэтому их можно применять только лет с 6 и очень редко с 5. В начале освоения игроком крученых ударов полученные результаты тестирования мышечного чувства уточняются. Дело в том, что при крученом ударе, особенно с хваткой более + 90 градусов для форхенда (о новом способе классификации хваток ракетки см./4/), цеплять мячик приходится за какие-то миллиметры его поверхности. А если учесть, что все это надо проделать в условиях движущихся с достаточно большими скоростями мячом и ракетке, притом на расстоянии полуметра от тактильного органа теннисиста, то становится ясным каким должно быть у него мышечное чувство. В современном теннисе нельзя пробиться в элиту с недостаточным чувством мяча за счет развития других качеств, как это порой случалось в эпоху И. Лендла. Посмотрите как цепляют мячи профессиональные теннисисты, придавая им невероятное вращение и огромную скорость. Прекрасные образцы таких ударов у Федерера. Он буквально истязает своих соперников, заставляя их пробегать в полтора раза большую дистанцию, чтобы достать из углов корта высокоотскакивающие крученые мячи. А ведь бегают-то там профессионалы, резвость которых как у лучших спринтеров. «Стучащие» по мячу игроки (т.е. те, кто не может достаточно уверенно цеплять струнами мяч при вращении) отсеиваются уже на детских соревнованиях.
Координационные характеристики (ловкость), определяются как способность спортсмена успешно осуществлять сложные двигательные действия в быстро и неожиданно изменяющейся обстановке. Под этим простым определением кроется очень сложное поведение биомеханического аппарата человека, на которое у специалистов нет еще единого взгляда. Так Ф. Агашин вводит понятие оптимального распределения жесткости биомеханического аппарата спортсмена во время выполнения ударных движений /14/. Иногда ловкость называют двигательным интеллектом, позволяющим нам обращаться с предметами и управлять движениями своего тела. Как и обычный интеллект, двигательный приобретается с опытом и наиболее развит у танцоров, мимов, актеров и спортсменов. Во всяком случае, исследователи и практики согласны в том, что ловкость обеспечивает возможность расширения вариативности движений, позволяет делать их наиболее эффективными.
Как выявить недостаток ловкости у детей? Во-первых, эти дети плохо играют в подвижные игры: футбол, хоккей с мячом, пятнашки. Даже если они хорошо бегают по прямой, отсутствие ловкости не позволяет им выполнять упражнения, в которых надо резко изменять направление бега, обманывать догоняющего ложными движениями, петлять. Во вторых, – плохое исполнение гимнастических упражнений: кувырка, прыжка на коня, упражнений на перекладине. Они не любят лазить по деревьям, заборам, т.к. не уверены в себе. (Известно, что Нина Сергеевна Теплякова, выдающаяся советская теннисистка и тренер, нашла Ольгу Морозову буквально на заборе: девочка очень ловко через него перелазила. Опытный детский тренер сразу оценил координационные способности ребенка и пригласил ее в теннисную школу ЦСКА).
Иногда у детей с заниженными координационными способностями наблюдается врожденный немотивированный страх. Например, они боятся делать обычный кувырок через голову или самые простые упражнения на перекладине, даже если последняя находится на высоте метра от матов. У таких детей часты травмы, т.к. при падениях они не могут сгруппироваться, принять наиболее выгодную для биомеханической системы организма позу. Тренеру приходится изрядно потрудится чтобы преодолеть этот страх и научить спортсмена самим элементарным гимнастическим упражнениям.
Даже при хорошем чувстве мяча теннисную технику дети с недостатком ловкости осваивают трудно, всегда приспосабливая ее к своим двигательным возможностям, своему двигательному интеллекту, так что удары у них получаются какие-то нетрадиционные, порой даже чудные. Таким игрокам очень сложно поставить подачу. Как правило, она у них тоже необычная. Характерным для игроков со слабыми координационными способностями является завышенное «время восстановления», то есть время восстановления прежнего качества игры после короткого перерыва в тренировках. Если игроку с хорошими координационными способностями достаточно порядка 10% от длительности перерыва в тренировках чтобы восстановить прежнюю игру, то недостаточно координированному игроку потребуется около 50–100%. Это означает, что, пропустив неделю, надо будет, как минимум, дня 4 восстанавливаться.
В связи с тем, что ловкость более выражена у низкорослых детей, в младших возрастных категориях низкорослые «шустрики», как правило, побеждают рослых «увальней». Однако с возрастом все большее влияние приобретает мощность ударов и низкорослые игроки сдают позиции. У юношей это более заметно чем у девушек. В АТР борьбу между ловкостью и мощью давно уже выиграла мощь – новых Чангов и Риосов на теннисном горизонте что-то не видно. В женском теннисе борьба еще продолжается: с физически сильными сестрами Вильямс успешно конкурировали быстрые и ловкие бельгийские теннисистки.
Можно ли развить координационные способности, то есть тренирабельна ли ловкость? Думаю, не более чем резвость. Причем здесь существует т.н. «эффект пружины». Как только сделан небольшой перерыв в ежедневном выполнении специальных упражнений, развивающих ловкость или корректирующих неправильные технические движения, так все тут же возвращается практически на прежний уровень. Кроме того, у акселератов с возрастом ловкость падает, это налагает дополнительные требования к тренировкам и, зачастую, ограничивает рост мастерства (см. пример из главы «Формула чемпиона»). Как и чувство мяча, координационные способности трудно тестируются. Хотя коэффициент Тл и можно определить по результатам тестов, но надежность его будет невысока, что потребует уточнения Тл в процессе игровой практики теннисиста.
В отличие от ловкости реакция на движущийся объект тестируется достаточно просто. Существует масса тестов для определения РДО, например, "вратарь", "останови стрелку на заданном положении" и т.п. (См., например, /16/). Специалисту не составит труда дать оценку Трдо ребенка. Ребенок с хорошей РДО при игре через сетку идет на мяч заранее, когда мяч еще в полете, а ребенок с плохой РДО стоит на месте и бросается к мячу с опозданием. Некоторые тренеры для объяснения такого явления вводят понятие «глубинного зрения», т.е. пытаются связать РДО со стереоскопичностью зрения. Мол, если ребенок хорошо оценивает положение мяча в пространстве, то, следовательно, и реагирует на него раньше. Думаю, что это не совсем так, т.к. дети с хорошей реакцией хорошо выполняли тесты на РДО, не требовавшие стереоскопичности зрения, а дети с плохой РДО при любых тестах показывали плохие результаты.
Еще проще тестируются физические кондиции спортсмена. К ним относятся, прежде всего, резвость, сила и выносливость. Сначала рассмотрим резвость, то есть быстроту сокращения мышц (реакцию мышц). Этот показатель влияет не только на быстроту перемещения теннисиста на корте, но и на мощность удара. Иногда спортсмен совсем не атлетического сложения и высокого роста демонстрирует такую мощность ударов, что диву даешься: откуда что берется. К таким теннисистам относился, например, Агасси; при своей не очень-то и мощной фигуре этот игрок мог производить удары с потрясающей силой, да и принимать совершенно неберущиеся мячи.
Вот один из красноречивых примеров реактивности Агасси. В финале одного из турниров в США в 1998 году он встретился с испанским теннисистом Альбертом Костой. В одном из эпизодов Агасси неудачно вышел к сетке и Коста обвел его свечой. Агасси бросился бежать назад за мячом и все-таки достал его. В это время Коста выдвигается к сетке и ожидает там ответного удара, готовый отразить все, что ему предложит обескураженный соперник, уже не сомневаясь в выигрыше очка. Но Агасси – этот гений резвости, предложил своему сопернику совершенно несъедобное "блюдо". Он ударил мяч с такой потрясающей силой, прямо в игрока, "на пробой", как выражаются теннисисты, что Коста, профессионал, входящий в тот период в десятку АТР, не только не смог отбить мяч, но даже не успел увернуться от него. Мяч попал прямо в грудь Альберта, и он падает на корт как подстреленная птица. Подбегают люди и уносят на руках с площадки поверженного теннисиста, ему оказывают медицинскую помощь, приводят в чувство, и Коста под аплодисменты зрителей возвращается на корт. Если учесть, что между теннисистами в момент удара было метров 12-16, то скорость мяча, наверное, должна быть не менее 150 км/час (чтобы профессионал высокого ранга не сумел среагировать на него). А какова была скорость сокращения мышц при ударе? Бил-то Агасси из неудобного положения, находясь почти спиной к сопернику, притом только за счет сокращения мышц руки, т.к. корпус двигался в сторону фона, и это был не смэш, а обычный форхенд. Вот почему Агасси получил славу игрока, обладающего самой высокой реакцией среди профессиональных теннисистов. А истоки этой потрясающей реакции мышц известны: отец Агасси был профессиональным боксером достаточно высокого уровня. Таким образом, реакция Агасси – это яркий пример природных теннисных задатков, которые передались ему от отца.
Но коль скоро теннисные задатки передаются по наследству, то не превращается ли тогда проблема теннисных чемпионов в "династический отбор". Оказывается не так все просто в этом сложном мире, и о проблеме наследственности в теннисе речь будет идти ниже, сейчас же закончим разговор о физических задатках.
Как же определяют специалисты резвость теннисиста, скорость сокращения его мышц? Наиболее популярным тестом является бег на короткие дистанции, например, 15, 30, 60 метров. Затем т.н. "челночный бег", т.е. фиксация времени, за которое теннисист пробежит несколько коротких отрезков дистанции с резким изменением направления бега . Эти тесты подходят практически для любого возраста испытуемых, и тренеру не составляет труда оценить Тр своего подопечного тестовым методом. Имеются также и более сложные способы определения резвости спортсмена.
Другие физические данные спортсменов (выносливость, сила) также легко тестируются, поэтому опытному тренеру оценить коэффициент Тф своего ученика не представляет труда.
Перейдем теперь к психофизическим характеристикам игрока. Психика конкретного человека - это очень сложная сфера его поведения, еще недостаточно изученная и постоянно ставящая перед исследователями и практиками все новые и новые загадки. И все же жизнь заставляет каким-то образом прогнозировать психическое поведение будущего спортсмена, корректировать его, как принято говорить в обиходе - "закалять психику". Многие спортсмены отмечали изменения своей психики под воздействием тренировок, целенаправленной работы тренера. Так Андрей Чесноков признался, что в юношеском возрасте зачастую проигрывал сопернику еще до игры, боялся соперника. С возрастом это чувство ему удалось преодолеть, что в конечном итоге и позволило спортсмену добиться ряда выдающихся побед. Но все же психические качеств человека чрезвычайно консервативны и мало поддаются целенаправленному воздействию. К таким качествам относится трудолюбие.
Однажды по телевидению показывали работу Московского Дома пионеров и его знаменитую школу фигурного катания. Показывали фигуристов, их тренеров, брали интервью. Тренеры жаловались на значительное ухудшение финансирования, уменьшение внимания к проблемам детского спорта; но, несмотря на все невзгоды, школа работала, не прекращался набор детей с возраста 4-5 лет. Корреспондент поинтересовался, а по каким же качествам в таком раннем возрасте отбирают в фигуристы. И тренер ответил, что если ребенок старается, падает, но не сдается, то из такого получится фигурист. А всему остальному можно научить. Думаю, что все-таки это несколько упрощенная формулировка, по крайней мере, для тенниса, где немаловажную роль играют и другие качества, но все же трудолюбие, упорство спортсмена далеко не на последнем месте. Известны случаи, когда очень одаренные спортсмены не реализовывали свои потенциальные возможности из-за отсутствия должного трудолюбия. И наоборот, зачастую спортсмены, не отличавшиеся выдающимися физическими данными, достигали больших успехов благодаря колоссальной работоспособности.
Известная оперная певица Галина Вишневская в телевизионном интервью сказала, что "талант без работы - до первого сбоя". А Муслим Магомаев на вопрос ведущего передачи Караулова: почему он не стал оперным певцом, так и сказал, что ему не хватило усидчивости (сиречь – трудолюбия). И тут же рассказал анекдот о том, какой должна быть эта усидчивость у певцов, которые хотят сделать карьеру в оперном жанре. Когда одну молодую певицу пригласил ее приятель на свидание, она ответила, что не сможет прийти, т.к. через три месяца у нее премьера "Аиды".
В теннисе известны случаи колоссальной работоспособности игроков. О тренировках Мустера ходили легенды. Его девизом был: "Нет тяжкого труда – нет славы". А когда этот теннисный гладиатор получил тяжелейшую травму колена в 1989 году, то он рассматривал ее как стимул к завоеванию звания лучшего теннисиста планеты, которого он добился к началу 1996 года. Да и все остальные звезды добывали славу «в поте лица своего». Юный Агасси отбивал по миллиону мячей в год, посылаемых 11 теннисными пушками, установленными его отцом во дворе своего дома. Попробуйте посчитать сколько ударов надо делать в день чтобы выполнить эту норму, притом учтите, что это только часть тренировки, занимавшая примерно 20% общего времени (ведь надо было еще играть через сетку, заниматься ОФП, участвовать в детских турнирах).
Опытные тренеры определяют наличие трудолюбия у ребенка очень быстро. Достаточно заставить его поработать у теннисной стенки. Тут можно заметить, что один ребенок сразу после двух-трех ударов начинает оглядываться по сторонам и отлынивать от работы, а другой будет "долбить" стенку пока тренер не скажет "хватит". Известно, что юного Борга "нашли" у стенки гаража, где он часами отрабатывал удары, так как его не приняли в теннисную школу. Талант трудолюбия - а это именно талант - проявляется с детства. Вот несколько примеров. Однажды в Сочи ваш покорный слуга оставил после тренировки шестилетнего мальчика отрабатывать удар слева у стенки, а сам начал работать со старшими ребятами на корте. Как бы повел себя в этом случае нормальный ребенок? Он постучал бы немного, посмотрел, что тренера рядом нет, и нашел себе более интересное занятие. Возле стенки в углу стоял маленький мотокаток, на который любили взбираться дети, да и просто по трибунам полазить гораздо интереснее, чем долбить стенку. Но этот трудоголик стоял у стенки и отрабатывал удар слева пока не кончилась двухчасовая(!) тренировка со старшими ребятами.
Еще один юный трудоголик, не умея считать до ста, умудрялся выполнять сто ударов в стенку. Он считал пять раз по двадцать и делал это так добросовестно, что слезы умиления порой накатывались на глаза, видя как малыш старается. Но такие одаренные трудолюбием дети встречаются редко. Гораздо чаще присутствует разболтанность, лень, нежелание преодолевать трудности. И что только не изобретают родители, чтобы заставить свое чадо трудиться на тренировках. Некоторые поощряют детей деньгами, другие подарками, сладостями, но из физически одаренного лодыря сделать чемпиона невозможно, т.к. "талант без работы - до первого сбоя". Может быть в будущем лодырей начнут «перевоспитывать» на генном уровне, заблокировав ген лени еще до рождения. Некоторые результаты уже имеются /148/.
Есть масса случаев, когда карьера теннисно одаренных, но ленивых ребят заканчивалась в юношеском возрасте, в то же время имеются прецеденты, когда не очень одаренные, но очень трудолюбивые спортсмены добивались высоких результатов. Многие помнят выдающегося пловца Владимира Сальникова, неоднократного чемпиона и рекордсмена мира в плавании на длинные и средние дистанции. Его тренер Кошкин, оценивая талант своего ученика, сказал, что при средних двигательных способностях Сальников обладал абсолютной работоспособностью и колоссальной нервной устойчивостью. Он заставлял себя проплывать по 20 км ежедневно; такую дистанцию не каждый день бегают бегуны, хотя их скорость в 5 раз выше скорости пловцов. Однако упомянутые Кошкиным "средние двигательные способности" - это все-таки средние для одаренных пловцов, т.к. проплывать 15 стометровок подряд и каждую быстрее 1 минуты (а это в районе нормы кандидата в мастера спорта на дистанцию 100 метров) вряд ли сможет пловец со средними двигательными данными.
Иван Лендл компенсировал свое недостаточное чувство мяча огромным объемом тренировок, специальным режимом и организацией жизни теннисиста-профессионала.
Прочитав эти строки, родители могут спросить, а можно ли привить трудолюбие юному теннисисту? По моему мнению, работать спортсмена можно заставить или заинтересовать, но если в этом нет божьей искры - это не надолго. Конечно, если ребенок обладает теннисным талантом, но недостаточно трудолюбив, из него, при определенных усилиях, можно сделать теннисиста-профессионала. Но при этом надо иметь ввиду, что, во-первых, вершин в спорте ему не достичь, а, во-вторых, какими затратами моральными, материальными и психическими будет получен такой профессионал. Сейчас, когда теннис стал платным, делать профессионала из одаренного «не трудоголика» стало еще трудней. Если раньше все талантливые игроки попадали в различные сборные и находились под патронажем государства практически круглый год, то теперь сборных команд стало значительно меньше и привлекается туда все меньше игроков, да и сборы стали менее продолжительными. Кафельников, к примеру, только попав в сборную Союза, начал серьезно работать над собой и, как он высказался, будет "до конца жизни" признателен Лепешину за то, что тот сумел убедить его, обычного сочинского парня, знакомого со всеми "прелестями" курортного города, интенсивно тренироваться. Конечно же, профессионала из Кафельникова мог сделать и его детский тренер Шишкин, но фактически - без возможностей сборной – это выполнить было трудно. Оценить величину коэффициента Ттр, входящего в формулу 5 (гл.1), должны совместно тренер и родители по результатам наблюдений за старанием ребенка, проявляемым не только на тренировках.
Кроме трудолюбия теннисист должен обладать эмоциональной устойчивостью, хорошей концентрацией внимания, самоконтролем. Эти качества, в отличие от физических, трудно тестируются и, в основном, определяются только с началом соревновательной деятельности спортсмена. Какие же они должны быть у будущего чемпиона? Это, прежде всего, устойчивость психики или, как говорят, "железные нервы". Тренер сам должен оценить Ткв спортсмена на основе оценки турнирной практики теннисиста.
По психической устойчивости юных теннисистов можно разделить на три большие группы. Первая – это т.н. «крокодилы». Отличительной особенностью этих теннисистов является увеличение концентрации внимания, улучшение качества игры при увеличении сопротивления соперника. Вторая группа – это т.н. «сливальщики». Они, наоборот, при равной игре не выдерживают накала борьбы, а, проиграв, важный, по их мнению, мяч (гейм, сет) «сливают» и оставшуюся часть игры. И третья группа – это игроки, чьи психические кондиции находятся между предыдущими двумя характеристиками. Надо заметить, что в профессионалы выходят только игроки первой группы и часть, примыкающая к ним из средней группы. Вторая группа полностью отсеивается.
Вот наиболее яркие примеры проявления (или отсутствия) устойчивости психики. У меня с 7 лет занимался мальчик К. В 16 лет он выиграл юношеское первенство города и согласно положению о соревнованиях ему предоставлялось право сыграть матч с чемпионом города среди взрослых. И вот игра началась. В начале сета К. проиграл взрослому теннисисту три гейма подряд. Затем К. весь как-то преобразился: более собранная стойка, все внимание игре, тщательная подготовка к ударам и - о чудо! – он сравнивает счет. Потом идет равная игра, но в тайбрейке К. усиливает натиск и выигрывает у чемпиона первый сет. Во втором сете К. не ослабляет свою игру и в итоге выигрывает матч у теннисиста, которого до сих пор никогда не обыгрывал. И другой пример: моя ученица Ю. никогда не могла выиграть у равных соперниц, причем в игре с ними не показывала той игры, которую демонстрировала на тренировках. На мой вопрос, почему она так плохо играет на соревнованиях, Ю. отвечала: "Я боюсь". А в чем это выражается? У игрока снижается концентрация внимания, руки и ноги становятся "ватными", удары не получаются, а из-за этого страх еще более увеличивается и так до полнейшего развала игры. Зачастую такой игрок впадает в состояние фрустрации, т.е. состояние неудовлетворенности собой, тревожности. Самое печальное в этом то, что психические качества человека более консервативны, нежели физические, поэтому, даже достигнув определенных успехов в техническом совершенстве, спортсмены с неудовлетворительными психическими кондициями никогда не становятся чемпионами.
Иногда бывает, что в силу каких-то обстоятельств или внутренних процессов, спортсмены с устойчивой психикой вдруг теряют эту устойчивость. Вот что по этому поводу сказал Андрей Медведев в одном из своих интервью (как известно Андрей после громких побед и высокого рейтинга затем необъяснимо снизил уровень игры, хотя находился еще в расцвете своих творческих сил). "Если судить по себе, то сегодня мне более чем на 50% не хватает характера. На тренировках получаются очень многие вещи, а на соревнованиях не могу их показать… теперь же и уверенность пропала и часто бывает, что в больших матчах я зажимаюсь и оттого проигрываю" /17/.
Отличительным качеством спортсменов с хорошими психическими данными является их способность прибавлять в игре в самых тяжелых, критических ситуациях и наоборот - игроки с неустойчивой психикой слабо играют в трудных ситуациях, не выносят накала борьбы, зачастую "проигрывают" матч до игры. На одной из телепередач Ш.А. Тарпищев сказал, что великий спортсмен тот, у которого срабатывает мобилизационная система в критических ситуациях.
Немаловажное значение имеет то, чтобы теннисист получал удовольствие от борьбы, стремился к ней. Эта жажда победы характерна для большинства чемпионов. Вот, например, что сказал главный тренер федерации тенниса ФРГ Шернборн о Беккере. "Спортсмен входил в группу, где двадцать отобранных ребят считались равными по возможностям. Однако в одном все единодушно отдавали пальму первенства Беккеру - в отменных бойцовских качествах, жажде спортивной борьбы и достижения победы, в неуклонном стремлении быть первым и только первым. Именно это и сыграло решающую роль в его дальнейших успехах"/18/.
Евгений Кафельников в одном из послематчевых интервью назвал себя игроком по природе. ("I am a gambler, I like to take myself to extremes"). Английское слово gambler переводится (в отличие от player) как игрок от рождения, игрок в душе. (Gamble - играть в азартные игры, играть на бирже). Как известно, после теннисной карьеры Евгений продолжил игровую практику в гольфе.
Можно сказать, что и психологические качества будущего чемпиона заложены в игроке изначально, от рождения. Вот что пишет по этому поводу один из ведущих теннисных специалистов США Регги Васкес. "Я имел удовольствие общаться с д-ром Алленом Фоксом, уважаемым спортивным психологом, по поводу того, что делает игрока чемпионом. Аллен считает, что в первую очередь - это генетика. Настоящие игроки обладают врожденным качеством выживания. Такие личности, как Дж. Макинрой, Дж. Коннорс, очень агрессивны и конфронтабельны. Но никогда не следует прививать детям эти качества: они либо есть, либо их нет. По образному выражению Фокса теннис - это штука, параллельная жизни, в которой нам ежедневно приходится соревноваться: жизнь полна соревновательных ситуаций"/19/.
Теперь об интеллекте в теннисе. Игорь Ильинский называл теннис шахматами в движении, и это не красивая гипербола. Давайте проведем аналитическое сравнение этих двух игр. Как известно, чем сложнее, чем интеллектуальней игра, тем большее число возможных комбинаций, ходов она предоставляет игроку. Современный шахматный мастер способен анализировать в процессе игры большое количество ходов, но для этого ему надо достаточно продолжительный отрезок времени. В обычной турнирной партии отводится 2 часа на 40 ходов. Как правило, за эти 2 часа шахматисты успевают сделать больше 40 ходов. Допустим, что они в среднем потратили 2 минуты на ход. Известно, что шахматисты высокого класса могут в процессе обдумывания хода анализировать партию на несколько ходов вперед. Говорят, что Алехин мог "просматривать" партию на 16 ходов вперед. Предположим, что партию играют современные гроссмейстеры, которые за каждый ход могут анализировать 5 вариантов по 10 ходов вперед. Таким образом, шахматисту приходится в среднем затрачивать 120/50 = 2,4 секунды на анализ одного хода продумываемого варианта.
Перейдем к теннису. Во время игры теннисисту тоже приходится выбирать несколько возможных вариантов "ходов", но их значительно меньше, чем в шахматах. Это, как правило, удар в один или другой угол площадки, подрезка, драйв или игра с лета. Иногда, правда, возникает возможность сделать укороченный удар или еще какой-нибудь эффектный трюк. Не будем учитывать этой теннисной экзотики и примем, что в среднем теннисист перед очередным ударом имеет возможность выбрать 2 варианта продолжения игры. Но времени на анализ этих вариантов теннисисту, в отличие от шахматиста, отводится очень мало. Если учесть, что темп игры современного профессионального тенниса очень высок (1-3 секунды между ударами), то на обдумывание выбора варианта теннисисту отводится практически то же время, что и шахматисту. И с другой стороны, современный шахматист должен обдумывать ходы со скоростью теннисиста, то есть работать как вычислительная машина, что и демонстрируют некоторые выдающиеся мастера шахмат. Как же оценить Тин начинающего теннисиста? Конечно же, только в игре, причем, чем выше техника теннисиста, чем меньше технических ошибок он делает, тем легче регистрировать работу мысли такого игрока. Опытные тренеры могут подмечать интеллект (или его отсутствие) даже у только что научившихся играть на счет детей. Обладающий теннисным интеллектом ребенок выбирает наиболее оптимальные действия на корте (удары, перемещения). Он бьет в самое незащищенное место, передвигается в наиболее вероятное место удара. Даже тренеру, чей уровень техники намного выше, с таким ребенком играть не просто, т.к. ученик постоянно держит своего учителя в напряжении. А если ребенок не обладает теннисным интеллектом, то его ходы, его удары легко «читаются» тренером. Такой игрок медленно мыслит на корте, поэтому он не всегда успевает выбрать оптимальный вариант удара, – там, где надо делать подрезку, пытается выполнить крученый удар и наоборот, часто бьет без цели, т.е. лишь бы перебить мячик на сторону соперника.
Вот типичная ситуация. Две девочки 10 и 11 лет осваивают различные технические приемы. Одним из них является укороченный удар, так называемая «укоротка». У старшей девочки, когда тренер набрасывает мячики, укоротка получается гораздо лучше чем у младшей. Однако, когда девочки играют на счет, младшая использует укоротку гораздо чаще в игре. Спрашивается, что за феномен? Оказывается, у младшей более развит теннисный интеллект, попросту говоря, она быстрей соображает на корте и успевает оценить складывающуюся ситуацию.
Теннисный интеллект – это быстрота мышления в игре. Игрок с теннисным интеллектом быстрее соображает на корте, он видит корт и перемещения соперника, успевает выбрать оптимальные варианты игры, удары его более осмыслены. По мере освоения техники, новых приемов игрок с теннисным интеллектом сразу пытается использовать их в игре, поэтому игра такого теннисиста становится вариативной, более разнообразной. Конечно же теннисный интеллект тренирабелен, т.е. развивается с годами, но…но…. то, что изначально заложено природой, развивается значительно быстрее и достигает более высокого уровня. Поэтому-то за каждым профессиональным теннисистом закрепляется публичная оценка его теннисного интеллекта.
2. Юношеские чемпионы
Как вы поняли из названия блога, меня зовут Козенко Андрей Алексеевич. Я бывший детский тренер по теннису. Сейчас нахожусь на пенсии и пишу книги, в которых излагаю свой тренерский опыт и некоторые мысли о воспитании детей, их образовании, питании и т.п.
В блоге сначала буду размещать главы из моих книг, а затем как дело пойдет.
Полную информацию о моих книгах (содержание, отзывы, где купить и пр.) можно получить на сайте
http://kidtennis.narod.ru
Буду рад вашим комментариям на мои тексты.
книга ФОРМУЛА ЧЕМПИОНА
Глава 2 ТЕННИСНЫЙ ТАЛАНТ
X Пока чаша пуста - глубина ее бесполезна".
X Лао Цзы, "Дао дэ цзин"
1.Теннисные задатки
В этой главе речь пойдет об одном из самых непростых вопросов – о теннисном таланте, его слагаемых и проблемах раннего выявления. В теннисе, как и в музыке, талант играет более важную роль, нежели опыт и техника игры. Поэтому никакие внешние условия (усиленные тренировки, прекрасный тренер, научное сопровождение, финансы) не помогут достичь вершин профессионального тенниса, если нет таланта или он недостаточен. Эту простую истину иногда забывают родители юных теннисистов, что приводит порой к трагическим результатам.
Теннисный талант понятие достаточно сложное и емкое. Приходилось ли вам когда-либо играть с талантливым игроком, пусть даже любителем, самоучкой, у которого и техника-то неправильная, и подает он, как говорят, "лопатой", но почему-то большинство подач попадает, да еще как попадает: "плоские", низко стелющиеся (как правило, в угол) мячи. Прекрасно передвигаясь по корту, он достает буквально всё, выходит к сетке и как будто перекрывает всю площадку: куда не ударишь - везде его ракетка. Создается такое впечатление, что он предугадывает направление вашего удара
Однако легко рассуждать о таланте, когда теннисист состоялся, но когда "будущего Агасси" приводит мама, и он не умеет не только держать ракетку, но и мячик выскальзывает из его ручонок, - вот тогда и осознаешь величину проблемы определения теннисных способностей у детей. Сейчас уже никто не оспаривает наличие врожденных способностей у человека к тому или иному виду деятельности, определяемых задатками, заложенными в генотипе индивида. Выявилось, что даже у зверей – цирковых медведей – есть задатки к определенным видам деятельности: одни лучше катаются на велосипеде, другие склонны к танцам, третьи к эквилибристике и т.д. Следовательно, задатки – это такая же физиологическая категория как рефлексы, способность к развитию речи и определяются они вполне определенным набором генов, вполне подвластных наблюдению и систематизации (а в недалеком будущем и модификации).
Теннисным задаткам посвящено множество статей, одно перечисление которых заняло бы несколько страниц (см., например, /5-13/). При всем многообразии подхода к природным задаткам к настоящему моменту среди теннисных специалистов оформились более или менее схожие взгляды на главные качества, которыми должен обладать будущий теннисист. Это, во-первых, чувство мяча или чувство ракетки (иногда встречается и такое название), во-вторых, координационные способности или ловкость, в-третьих, резвость, в-четвертых, реакция на движущийся объект, наконец, физические и психические кондиции. Все перечисленные здесь качества кроме, пожалуй, чувства мяча должны быть понятны даже неспециалисту. О чувстве мяча очень хорошо сказала Анна Дмитриева, комментируя матч с участием Джона Макинроя. Она произнесла: "Джон очень хорошо чувствует мяч, создается впечатление, что у него ракетка является продолжением руки". То есть, проще говоря, в любых ситуациях он бьет по мячу центром ракетки. Потрясающее мышечное чувство центра струнной поверхности ракетки! Имеется и научные определения мышечного чувства как тонкости мышечно-двигательных ощущений и точности дифференцировки мышечных усилий. К. Агашин определяет мышечное чувство через биомеханический резонанс /14/. Иожеф Сасси пишет о недостаточном мышечном чувстве Ивана Лендла, которое он компенсировал огромной работоспособностью /15/.
Мышечное чувство теннисиста можно сравнить с мышечным чувством пианиста, позволяющее последнему, не глядя на клавиши рояля, брать сложные аккорды. Однако если пианист ощущает клавиши рояля непосредственно тактильными органами – пальцами, то теннисисту приходится «ощущать» поверхность мячика ракеткой на расстоянии около полуметра от своих тактильных датчиков. Но, в принципе, тренировка мышечного чувства как пианистов, так и теннисистов не отличается: первые «долбят» гаммы, вторые – стенку, а, став профессионалами, и те, и другие должны многочасовыми ежедневными тренировками поддерживать свое мышечное чувство.
Опытные тренеры умеют определять наличие чувства мяча у начинающих теннисистов, но, конечно же, не сразу. Для этого необходимо понаблюдать за освоением учеником ударов, произвести его тестирование. Тестовые способы определения чувства мяча у детей не очень надежны и требуют определенного уровня физического развития ребенка, поэтому их можно применять только лет с 6 и очень редко с 5. В начале освоения игроком крученых ударов полученные результаты тестирования мышечного чувства уточняются. Дело в том, что при крученом ударе, особенно с хваткой более + 90 градусов для форхенда (о новом способе классификации хваток ракетки см./4/), цеплять мячик приходится за какие-то миллиметры его поверхности. А если учесть, что все это надо проделать в условиях движущихся с достаточно большими скоростями мячом и ракетке, притом на расстоянии полуметра от тактильного органа теннисиста, то становится ясным каким должно быть у него мышечное чувство. В современном теннисе нельзя пробиться в элиту с недостаточным чувством мяча за счет развития других качеств, как это порой случалось в эпоху И. Лендла. Посмотрите как цепляют мячи профессиональные теннисисты, придавая им невероятное вращение и огромную скорость. Прекрасные образцы таких ударов у Федерера. Он буквально истязает своих соперников, заставляя их пробегать в полтора раза большую дистанцию, чтобы достать из углов корта высокоотскакивающие крученые мячи. А ведь бегают-то там профессионалы, резвость которых как у лучших спринтеров. «Стучащие» по мячу игроки (т.е. те, кто не может достаточно уверенно цеплять струнами мяч при вращении) отсеиваются уже на детских соревнованиях.
Координационные характеристики (ловкость), определяются как способность спортсмена успешно осуществлять сложные двигательные действия в быстро и неожиданно изменяющейся обстановке. Под этим простым определением кроется очень сложное поведение биомеханического аппарата человека, на которое у специалистов нет еще единого взгляда. Так Ф. Агашин вводит понятие оптимального распределения жесткости биомеханического аппарата спортсмена во время выполнения ударных движений /14/. Иногда ловкость называют двигательным интеллектом, позволяющим нам обращаться с предметами и управлять движениями своего тела. Как и обычный интеллект, двигательный приобретается с опытом и наиболее развит у танцоров, мимов, актеров и спортсменов. Во всяком случае, исследователи и практики согласны в том, что ловкость обеспечивает возможность расширения вариативности движений, позволяет делать их наиболее эффективными.
Как выявить недостаток ловкости у детей? Во-первых, эти дети плохо играют в подвижные игры: футбол, хоккей с мячом, пятнашки. Даже если они хорошо бегают по прямой, отсутствие ловкости не позволяет им выполнять упражнения, в которых надо резко изменять направление бега, обманывать догоняющего ложными движениями, петлять. Во вторых, – плохое исполнение гимнастических упражнений: кувырка, прыжка на коня, упражнений на перекладине. Они не любят лазить по деревьям, заборам, т.к. не уверены в себе. (Известно, что Нина Сергеевна Теплякова, выдающаяся советская теннисистка и тренер, нашла Ольгу Морозову буквально на заборе: девочка очень ловко через него перелазила. Опытный детский тренер сразу оценил координационные способности ребенка и пригласил ее в теннисную школу ЦСКА).
Иногда у детей с заниженными координационными способностями наблюдается врожденный немотивированный страх. Например, они боятся делать обычный кувырок через голову или самые простые упражнения на перекладине, даже если последняя находится на высоте метра от матов. У таких детей часты травмы, т.к. при падениях они не могут сгруппироваться, принять наиболее выгодную для биомеханической системы организма позу. Тренеру приходится изрядно потрудится чтобы преодолеть этот страх и научить спортсмена самим элементарным гимнастическим упражнениям.
Даже при хорошем чувстве мяча теннисную технику дети с недостатком ловкости осваивают трудно, всегда приспосабливая ее к своим двигательным возможностям, своему двигательному интеллекту, так что удары у них получаются какие-то нетрадиционные, порой даже чудные. Таким игрокам очень сложно поставить подачу. Как правило, она у них тоже необычная. Характерным для игроков со слабыми координационными способностями является завышенное «время восстановления», то есть время восстановления прежнего качества игры после короткого перерыва в тренировках. Если игроку с хорошими координационными способностями достаточно порядка 10% от длительности перерыва в тренировках чтобы восстановить прежнюю игру, то недостаточно координированному игроку потребуется около 50–100%. Это означает, что, пропустив неделю, надо будет, как минимум, дня 4 восстанавливаться.
В связи с тем, что ловкость более выражена у низкорослых детей, в младших возрастных категориях низкорослые «шустрики», как правило, побеждают рослых «увальней». Однако с возрастом все большее влияние приобретает мощность ударов и низкорослые игроки сдают позиции. У юношей это более заметно чем у девушек. В АТР борьбу между ловкостью и мощью давно уже выиграла мощь – новых Чангов и Риосов на теннисном горизонте что-то не видно. В женском теннисе борьба еще продолжается: с физически сильными сестрами Вильямс успешно конкурировали быстрые и ловкие бельгийские теннисистки.
Можно ли развить координационные способности, то есть тренирабельна ли ловкость? Думаю, не более чем резвость. Причем здесь существует т.н. «эффект пружины». Как только сделан небольшой перерыв в ежедневном выполнении специальных упражнений, развивающих ловкость или корректирующих неправильные технические движения, так все тут же возвращается практически на прежний уровень. Кроме того, у акселератов с возрастом ловкость падает, это налагает дополнительные требования к тренировкам и, зачастую, ограничивает рост мастерства (см. пример из главы «Формула чемпиона»). Как и чувство мяча, координационные способности трудно тестируются. Хотя коэффициент Тл и можно определить по результатам тестов, но надежность его будет невысока, что потребует уточнения Тл в процессе игровой практики теннисиста.
В отличие от ловкости реакция на движущийся объект тестируется достаточно просто. Существует масса тестов для определения РДО, например, "вратарь", "останови стрелку на заданном положении" и т.п. (См., например, /16/). Специалисту не составит труда дать оценку Трдо ребенка. Ребенок с хорошей РДО при игре через сетку идет на мяч заранее, когда мяч еще в полете, а ребенок с плохой РДО стоит на месте и бросается к мячу с опозданием. Некоторые тренеры для объяснения такого явления вводят понятие «глубинного зрения», т.е. пытаются связать РДО со стереоскопичностью зрения. Мол, если ребенок хорошо оценивает положение мяча в пространстве, то, следовательно, и реагирует на него раньше. Думаю, что это не совсем так, т.к. дети с хорошей реакцией хорошо выполняли тесты на РДО, не требовавшие стереоскопичности зрения, а дети с плохой РДО при любых тестах показывали плохие результаты.
Еще проще тестируются физические кондиции спортсмена. К ним относятся, прежде всего, резвость, сила и выносливость. Сначала рассмотрим резвость, то есть быстроту сокращения мышц (реакцию мышц). Этот показатель влияет не только на быстроту перемещения теннисиста на корте, но и на мощность удара. Иногда спортсмен совсем не атлетического сложения и высокого роста демонстрирует такую мощность ударов, что диву даешься: откуда что берется. К таким теннисистам относился, например, Агасси; при своей не очень-то и мощной фигуре этот игрок мог производить удары с потрясающей силой, да и принимать совершенно неберущиеся мячи.
Вот один из красноречивых примеров реактивности Агасси. В финале одного из турниров в США в 1998 году он встретился с испанским теннисистом Альбертом Костой. В одном из эпизодов Агасси неудачно вышел к сетке и Коста обвел его свечой. Агасси бросился бежать назад за мячом и все-таки достал его. В это время Коста выдвигается к сетке и ожидает там ответного удара, готовый отразить все, что ему предложит обескураженный соперник, уже не сомневаясь в выигрыше очка. Но Агасси – этот гений резвости, предложил своему сопернику совершенно несъедобное "блюдо". Он ударил мяч с такой потрясающей силой, прямо в игрока, "на пробой", как выражаются теннисисты, что Коста, профессионал, входящий в тот период в десятку АТР, не только не смог отбить мяч, но даже не успел увернуться от него. Мяч попал прямо в грудь Альберта, и он падает на корт как подстреленная птица. Подбегают люди и уносят на руках с площадки поверженного теннисиста, ему оказывают медицинскую помощь, приводят в чувство, и Коста под аплодисменты зрителей возвращается на корт. Если учесть, что между теннисистами в момент удара было метров 12-16, то скорость мяча, наверное, должна быть не менее 150 км/час (чтобы профессионал высокого ранга не сумел среагировать на него). А какова была скорость сокращения мышц при ударе? Бил-то Агасси из неудобного положения, находясь почти спиной к сопернику, притом только за счет сокращения мышц руки, т.к. корпус двигался в сторону фона, и это был не смэш, а обычный форхенд. Вот почему Агасси получил славу игрока, обладающего самой высокой реакцией среди профессиональных теннисистов. А истоки этой потрясающей реакции мышц известны: отец Агасси был профессиональным боксером достаточно высокого уровня. Таким образом, реакция Агасси – это яркий пример природных теннисных задатков, которые передались ему от отца.
Но коль скоро теннисные задатки передаются по наследству, то не превращается ли тогда проблема теннисных чемпионов в "династический отбор". Оказывается не так все просто в этом сложном мире, и о проблеме наследственности в теннисе речь будет идти ниже, сейчас же закончим разговор о физических задатках.
Как же определяют специалисты резвость теннисиста, скорость сокращения его мышц? Наиболее популярным тестом является бег на короткие дистанции, например, 15, 30, 60 метров. Затем т.н. "челночный бег", т.е. фиксация времени, за которое теннисист пробежит несколько коротких отрезков дистанции с резким изменением направления бега . Эти тесты подходят практически для любого возраста испытуемых, и тренеру не составляет труда оценить Тр своего подопечного тестовым методом. Имеются также и более сложные способы определения резвости спортсмена.
Другие физические данные спортсменов (выносливость, сила) также легко тестируются, поэтому опытному тренеру оценить коэффициент Тф своего ученика не представляет труда.
Перейдем теперь к психофизическим характеристикам игрока. Психика конкретного человека - это очень сложная сфера его поведения, еще недостаточно изученная и постоянно ставящая перед исследователями и практиками все новые и новые загадки. И все же жизнь заставляет каким-то образом прогнозировать психическое поведение будущего спортсмена, корректировать его, как принято говорить в обиходе - "закалять психику". Многие спортсмены отмечали изменения своей психики под воздействием тренировок, целенаправленной работы тренера. Так Андрей Чесноков признался, что в юношеском возрасте зачастую проигрывал сопернику еще до игры, боялся соперника. С возрастом это чувство ему удалось преодолеть, что в конечном итоге и позволило спортсмену добиться ряда выдающихся побед. Но все же психические качеств человека чрезвычайно консервативны и мало поддаются целенаправленному воздействию. К таким качествам относится трудолюбие.
Однажды по телевидению показывали работу Московского Дома пионеров и его знаменитую школу фигурного катания. Показывали фигуристов, их тренеров, брали интервью. Тренеры жаловались на значительное ухудшение финансирования, уменьшение внимания к проблемам детского спорта; но, несмотря на все невзгоды, школа работала, не прекращался набор детей с возраста 4-5 лет. Корреспондент поинтересовался, а по каким же качествам в таком раннем возрасте отбирают в фигуристы. И тренер ответил, что если ребенок старается, падает, но не сдается, то из такого получится фигурист. А всему остальному можно научить. Думаю, что все-таки это несколько упрощенная формулировка, по крайней мере, для тенниса, где немаловажную роль играют и другие качества, но все же трудолюбие, упорство спортсмена далеко не на последнем месте. Известны случаи, когда очень одаренные спортсмены не реализовывали свои потенциальные возможности из-за отсутствия должного трудолюбия. И наоборот, зачастую спортсмены, не отличавшиеся выдающимися физическими данными, достигали больших успехов благодаря колоссальной работоспособности.
Известная оперная певица Галина Вишневская в телевизионном интервью сказала, что "талант без работы - до первого сбоя". А Муслим Магомаев на вопрос ведущего передачи Караулова: почему он не стал оперным певцом, так и сказал, что ему не хватило усидчивости (сиречь – трудолюбия). И тут же рассказал анекдот о том, какой должна быть эта усидчивость у певцов, которые хотят сделать карьеру в оперном жанре. Когда одну молодую певицу пригласил ее приятель на свидание, она ответила, что не сможет прийти, т.к. через три месяца у нее премьера "Аиды".
В теннисе известны случаи колоссальной работоспособности игроков. О тренировках Мустера ходили легенды. Его девизом был: "Нет тяжкого труда – нет славы". А когда этот теннисный гладиатор получил тяжелейшую травму колена в 1989 году, то он рассматривал ее как стимул к завоеванию звания лучшего теннисиста планеты, которого он добился к началу 1996 года. Да и все остальные звезды добывали славу «в поте лица своего». Юный Агасси отбивал по миллиону мячей в год, посылаемых 11 теннисными пушками, установленными его отцом во дворе своего дома. Попробуйте посчитать сколько ударов надо делать в день чтобы выполнить эту норму, притом учтите, что это только часть тренировки, занимавшая примерно 20% общего времени (ведь надо было еще играть через сетку, заниматься ОФП, участвовать в детских турнирах).
Опытные тренеры определяют наличие трудолюбия у ребенка очень быстро. Достаточно заставить его поработать у теннисной стенки. Тут можно заметить, что один ребенок сразу после двух-трех ударов начинает оглядываться по сторонам и отлынивать от работы, а другой будет "долбить" стенку пока тренер не скажет "хватит". Известно, что юного Борга "нашли" у стенки гаража, где он часами отрабатывал удары, так как его не приняли в теннисную школу. Талант трудолюбия - а это именно талант - проявляется с детства. Вот несколько примеров. Однажды в Сочи ваш покорный слуга оставил после тренировки шестилетнего мальчика отрабатывать удар слева у стенки, а сам начал работать со старшими ребятами на корте. Как бы повел себя в этом случае нормальный ребенок? Он постучал бы немного, посмотрел, что тренера рядом нет, и нашел себе более интересное занятие. Возле стенки в углу стоял маленький мотокаток, на который любили взбираться дети, да и просто по трибунам полазить гораздо интереснее, чем долбить стенку. Но этот трудоголик стоял у стенки и отрабатывал удар слева пока не кончилась двухчасовая(!) тренировка со старшими ребятами.
Еще один юный трудоголик, не умея считать до ста, умудрялся выполнять сто ударов в стенку. Он считал пять раз по двадцать и делал это так добросовестно, что слезы умиления порой накатывались на глаза, видя как малыш старается. Но такие одаренные трудолюбием дети встречаются редко. Гораздо чаще присутствует разболтанность, лень, нежелание преодолевать трудности. И что только не изобретают родители, чтобы заставить свое чадо трудиться на тренировках. Некоторые поощряют детей деньгами, другие подарками, сладостями, но из физически одаренного лодыря сделать чемпиона невозможно, т.к. "талант без работы - до первого сбоя". Может быть в будущем лодырей начнут «перевоспитывать» на генном уровне, заблокировав ген лени еще до рождения. Некоторые результаты уже имеются /148/.
Есть масса случаев, когда карьера теннисно одаренных, но ленивых ребят заканчивалась в юношеском возрасте, в то же время имеются прецеденты, когда не очень одаренные, но очень трудолюбивые спортсмены добивались высоких результатов. Многие помнят выдающегося пловца Владимира Сальникова, неоднократного чемпиона и рекордсмена мира в плавании на длинные и средние дистанции. Его тренер Кошкин, оценивая талант своего ученика, сказал, что при средних двигательных способностях Сальников обладал абсолютной работоспособностью и колоссальной нервной устойчивостью. Он заставлял себя проплывать по 20 км ежедневно; такую дистанцию не каждый день бегают бегуны, хотя их скорость в 5 раз выше скорости пловцов. Однако упомянутые Кошкиным "средние двигательные способности" - это все-таки средние для одаренных пловцов, т.к. проплывать 15 стометровок подряд и каждую быстрее 1 минуты (а это в районе нормы кандидата в мастера спорта на дистанцию 100 метров) вряд ли сможет пловец со средними двигательными данными.
Иван Лендл компенсировал свое недостаточное чувство мяча огромным объемом тренировок, специальным режимом и организацией жизни теннисиста-профессионала.
Прочитав эти строки, родители могут спросить, а можно ли привить трудолюбие юному теннисисту? По моему мнению, работать спортсмена можно заставить или заинтересовать, но если в этом нет божьей искры - это не надолго. Конечно, если ребенок обладает теннисным талантом, но недостаточно трудолюбив, из него, при определенных усилиях, можно сделать теннисиста-профессионала. Но при этом надо иметь ввиду, что, во-первых, вершин в спорте ему не достичь, а, во-вторых, какими затратами моральными, материальными и психическими будет получен такой профессионал. Сейчас, когда теннис стал платным, делать профессионала из одаренного «не трудоголика» стало еще трудней. Если раньше все талантливые игроки попадали в различные сборные и находились под патронажем государства практически круглый год, то теперь сборных команд стало значительно меньше и привлекается туда все меньше игроков, да и сборы стали менее продолжительными. Кафельников, к примеру, только попав в сборную Союза, начал серьезно работать над собой и, как он высказался, будет "до конца жизни" признателен Лепешину за то, что тот сумел убедить его, обычного сочинского парня, знакомого со всеми "прелестями" курортного города, интенсивно тренироваться. Конечно же, профессионала из Кафельникова мог сделать и его детский тренер Шишкин, но фактически - без возможностей сборной – это выполнить было трудно. Оценить величину коэффициента Ттр, входящего в формулу 5 (гл.1), должны совместно тренер и родители по результатам наблюдений за старанием ребенка, проявляемым не только на тренировках.
Кроме трудолюбия теннисист должен обладать эмоциональной устойчивостью, хорошей концентрацией внимания, самоконтролем. Эти качества, в отличие от физических, трудно тестируются и, в основном, определяются только с началом соревновательной деятельности спортсмена. Какие же они должны быть у будущего чемпиона? Это, прежде всего, устойчивость психики или, как говорят, "железные нервы". Тренер сам должен оценить Ткв спортсмена на основе оценки турнирной практики теннисиста.
По психической устойчивости юных теннисистов можно разделить на три большие группы. Первая – это т.н. «крокодилы». Отличительной особенностью этих теннисистов является увеличение концентрации внимания, улучшение качества игры при увеличении сопротивления соперника. Вторая группа – это т.н. «сливальщики». Они, наоборот, при равной игре не выдерживают накала борьбы, а, проиграв, важный, по их мнению, мяч (гейм, сет) «сливают» и оставшуюся часть игры. И третья группа – это игроки, чьи психические кондиции находятся между предыдущими двумя характеристиками. Надо заметить, что в профессионалы выходят только игроки первой группы и часть, примыкающая к ним из средней группы. Вторая группа полностью отсеивается.
Вот наиболее яркие примеры проявления (или отсутствия) устойчивости психики. У меня с 7 лет занимался мальчик К. В 16 лет он выиграл юношеское первенство города и согласно положению о соревнованиях ему предоставлялось право сыграть матч с чемпионом города среди взрослых. И вот игра началась. В начале сета К. проиграл взрослому теннисисту три гейма подряд. Затем К. весь как-то преобразился: более собранная стойка, все внимание игре, тщательная подготовка к ударам и - о чудо! – он сравнивает счет. Потом идет равная игра, но в тайбрейке К. усиливает натиск и выигрывает у чемпиона первый сет. Во втором сете К. не ослабляет свою игру и в итоге выигрывает матч у теннисиста, которого до сих пор никогда не обыгрывал. И другой пример: моя ученица Ю. никогда не могла выиграть у равных соперниц, причем в игре с ними не показывала той игры, которую демонстрировала на тренировках. На мой вопрос, почему она так плохо играет на соревнованиях, Ю. отвечала: "Я боюсь". А в чем это выражается? У игрока снижается концентрация внимания, руки и ноги становятся "ватными", удары не получаются, а из-за этого страх еще более увеличивается и так до полнейшего развала игры. Зачастую такой игрок впадает в состояние фрустрации, т.е. состояние неудовлетворенности собой, тревожности. Самое печальное в этом то, что психические качества человека более консервативны, нежели физические, поэтому, даже достигнув определенных успехов в техническом совершенстве, спортсмены с неудовлетворительными психическими кондициями никогда не становятся чемпионами.
Иногда бывает, что в силу каких-то обстоятельств или внутренних процессов, спортсмены с устойчивой психикой вдруг теряют эту устойчивость. Вот что по этому поводу сказал Андрей Медведев в одном из своих интервью (как известно Андрей после громких побед и высокого рейтинга затем необъяснимо снизил уровень игры, хотя находился еще в расцвете своих творческих сил). "Если судить по себе, то сегодня мне более чем на 50% не хватает характера. На тренировках получаются очень многие вещи, а на соревнованиях не могу их показать… теперь же и уверенность пропала и часто бывает, что в больших матчах я зажимаюсь и оттого проигрываю" /17/.
Отличительным качеством спортсменов с хорошими психическими данными является их способность прибавлять в игре в самых тяжелых, критических ситуациях и наоборот - игроки с неустойчивой психикой слабо играют в трудных ситуациях, не выносят накала борьбы, зачастую "проигрывают" матч до игры. На одной из телепередач Ш.А. Тарпищев сказал, что великий спортсмен тот, у которого срабатывает мобилизационная система в критических ситуациях.
Немаловажное значение имеет то, чтобы теннисист получал удовольствие от борьбы, стремился к ней. Эта жажда победы характерна для большинства чемпионов. Вот, например, что сказал главный тренер федерации тенниса ФРГ Шернборн о Беккере. "Спортсмен входил в группу, где двадцать отобранных ребят считались равными по возможностям. Однако в одном все единодушно отдавали пальму первенства Беккеру - в отменных бойцовских качествах, жажде спортивной борьбы и достижения победы, в неуклонном стремлении быть первым и только первым. Именно это и сыграло решающую роль в его дальнейших успехах"/18/.
Евгений Кафельников в одном из послематчевых интервью назвал себя игроком по природе. ("I am a gambler, I like to take myself to extremes"). Английское слово gambler переводится (в отличие от player) как игрок от рождения, игрок в душе. (Gamble - играть в азартные игры, играть на бирже). Как известно, после теннисной карьеры Евгений продолжил игровую практику в гольфе.
Можно сказать, что и психологические качества будущего чемпиона заложены в игроке изначально, от рождения. Вот что пишет по этому поводу один из ведущих теннисных специалистов США Регги Васкес. "Я имел удовольствие общаться с д-ром Алленом Фоксом, уважаемым спортивным психологом, по поводу того, что делает игрока чемпионом. Аллен считает, что в первую очередь - это генетика. Настоящие игроки обладают врожденным качеством выживания. Такие личности, как Дж. Макинрой, Дж. Коннорс, очень агрессивны и конфронтабельны. Но никогда не следует прививать детям эти качества: они либо есть, либо их нет. По образному выражению Фокса теннис - это штука, параллельная жизни, в которой нам ежедневно приходится соревноваться: жизнь полна соревновательных ситуаций"/19/.
Теперь об интеллекте в теннисе. Игорь Ильинский называл теннис шахматами в движении, и это не красивая гипербола. Давайте проведем аналитическое сравнение этих двух игр. Как известно, чем сложнее, чем интеллектуальней игра, тем большее число возможных комбинаций, ходов она предоставляет игроку. Современный шахматный мастер способен анализировать в процессе игры большое количество ходов, но для этого ему надо достаточно продолжительный отрезок времени. В обычной турнирной партии отводится 2 часа на 40 ходов. Как правило, за эти 2 часа шахматисты успевают сделать больше 40 ходов. Допустим, что они в среднем потратили 2 минуты на ход. Известно, что шахматисты высокого класса могут в процессе обдумывания хода анализировать партию на несколько ходов вперед. Говорят, что Алехин мог "просматривать" партию на 16 ходов вперед. Предположим, что партию играют современные гроссмейстеры, которые за каждый ход могут анализировать 5 вариантов по 10 ходов вперед. Таким образом, шахматисту приходится в среднем затрачивать 120/50 = 2,4 секунды на анализ одного хода продумываемого варианта.
Перейдем к теннису. Во время игры теннисисту тоже приходится выбирать несколько возможных вариантов "ходов", но их значительно меньше, чем в шахматах. Это, как правило, удар в один или другой угол площадки, подрезка, драйв или игра с лета. Иногда, правда, возникает возможность сделать укороченный удар или еще какой-нибудь эффектный трюк. Не будем учитывать этой теннисной экзотики и примем, что в среднем теннисист перед очередным ударом имеет возможность выбрать 2 варианта продолжения игры. Но времени на анализ этих вариантов теннисисту, в отличие от шахматиста, отводится очень мало. Если учесть, что темп игры современного профессионального тенниса очень высок (1-3 секунды между ударами), то на обдумывание выбора варианта теннисисту отводится практически то же время, что и шахматисту. И с другой стороны, современный шахматист должен обдумывать ходы со скоростью теннисиста, то есть работать как вычислительная машина, что и демонстрируют некоторые выдающиеся мастера шахмат. Как же оценить Тин начинающего теннисиста? Конечно же, только в игре, причем, чем выше техника теннисиста, чем меньше технических ошибок он делает, тем легче регистрировать работу мысли такого игрока. Опытные тренеры могут подмечать интеллект (или его отсутствие) даже у только что научившихся играть на счет детей. Обладающий теннисным интеллектом ребенок выбирает наиболее оптимальные действия на корте (удары, перемещения). Он бьет в самое незащищенное место, передвигается в наиболее вероятное место удара. Даже тренеру, чей уровень техники намного выше, с таким ребенком играть не просто, т.к. ученик постоянно держит своего учителя в напряжении. А если ребенок не обладает теннисным интеллектом, то его ходы, его удары легко «читаются» тренером. Такой игрок медленно мыслит на корте, поэтому он не всегда успевает выбрать оптимальный вариант удара, – там, где надо делать подрезку, пытается выполнить крученый удар и наоборот, часто бьет без цели, т.е. лишь бы перебить мячик на сторону соперника.
Вот типичная ситуация. Две девочки 10 и 11 лет осваивают различные технические приемы. Одним из них является укороченный удар, так называемая «укоротка». У старшей девочки, когда тренер набрасывает мячики, укоротка получается гораздо лучше чем у младшей. Однако, когда девочки играют на счет, младшая использует укоротку гораздо чаще в игре. Спрашивается, что за феномен? Оказывается, у младшей более развит теннисный интеллект, попросту говоря, она быстрей соображает на корте и успевает оценить складывающуюся ситуацию.
Теннисный интеллект – это быстрота мышления в игре. Игрок с теннисным интеллектом быстрее соображает на корте, он видит корт и перемещения соперника, успевает выбрать оптимальные варианты игры, удары его более осмыслены. По мере освоения техники, новых приемов игрок с теннисным интеллектом сразу пытается использовать их в игре, поэтому игра такого теннисиста становится вариативной, более разнообразной. Конечно же теннисный интеллект тренирабелен, т.е. развивается с годами, но…но…. то, что изначально заложено природой, развивается значительно быстрее и достигает более высокого уровня. Поэтому-то за каждым профессиональным теннисистом закрепляется публичная оценка его теннисного интеллекта.
2. Юношеские чемпионы