http://www.gotennis.ru/uploads/catsubcat/a76ed902a9ce5124170f505bdb3132d8.jpeg
Обозреватель официального сайта ATP Tour Роберт Дэвис в очередном выпуске альманаха DEUCE, посвященного судьбам различных теннисистов, рассказал о непростой карьере Дмитрия Турсунова, подробно остановившись на отношениях россиянина с отцом. По традиции рассказ ведется по большей части от первого лица, то есть состоит из цитат самого Дмитрия.
"Дмитрий Турсунов известен в Туре как большой шутник и агрессор на корте, а некоторые считают его однобоким и неинтересным спортсменом. Однако, характер этого россиянина настолько непрост, что вполне мог быть описан в одном из романов Достоевского. Он также и честолюбивый, глубокий философ, недавно помирившийся с уже ушедшим из жизни отцом, с которым на протяжении долгого времени имел крайне напряженные отношения.
Со своими светлыми кудрями, небесно-голубыми глазами и мускулистым телом Дмитрий немного напоминает статую Давида работы великого Микеланджело. Только послушайте несколько минут речь Турсунова и вы подумаете, что этот 28-летний парень всерьез увлекается Вольтером. Одно можно сказать наверняка - у Турсунова очень сложный, противоречивый характер, как у большинства главных героев романов Достоевского. Как сказал его соотечественник и в прошлом коллега Евгений Кафельников: "Личность Дмитрия поистине уникальна".
"Есть такие дни, когда я хочу всех радовать, но бывают и такие, когда не могу сделать никому ничего хорошего", - признается сам Турсунов. - "Возможно я использую сарказм и цинизм для самозащиты. Очень легко переключать внимание с себя на других людей, посмеиваясь над ними".
На теннисном корте Дмитрий ничуть не меньше склонен к самокопанию. Его настроение может меняться от комического к трагическому, он может буквально погружаться в летаргический сон, а затем оживать и вновь бороться с огнем в глазах. И все это в одном матче, в отдельно взятом сете.
"В течение жизни получаешь самый разнообразный опыт, а люди пытаются дать тебе одно краткое определение, словно книге в библиотеке. Думаю, то же самое относится и к теннисистам - для них ты либо комик, либо трагик. Русских часто называют непредсказуемыми, хотя у нас было достаточно игроков, которые напоминали своим поведением роботов", - отмечает Турсунов.
Если говорить о прогнозах, многие тренеры и теннисисты называли весьма вероятным возвращение Турсунова к форме 2006 года, когда он достиг высшего для себя места в мировом рейтинге - 20-го. Всего год назад Дмитрий был за пределами Топ-500, но сумел подняться на 45-ю строчку и сейчас играет достаточно хорошо для того, чтобы поверить в его возвращение в Топ-20. Это все верно в том случае, если он сохранит здоровье, в чем есть серьезные сомнения. Пусть Турсунов и завоевал семь титулов ATP за карьеру, при этом больше времени у него заняла реабилитация после травм, нежели состязания на кортах. Теперь, победив на турнире категории "250" в Хертогенбоше и на двух "Челленджерах" (в Сингапуре и Бате), Дмитрий быстро набирает былые кондиции.
http://www.gotennis.ru/uploads/catsubcat/news/strah_i_nenavist_dmitriya_tursunova/2a85f412817e4a88923324a30c38f6f0.ashx.jpeg.jpeg
"За последние два года меня беспокоили только лодыжки. Будучи теннисистом, ты ориентируешься на свой рейтинг и оцениваешь себя по данному показателю. А когда вдруг откатываешься назад на несколько сот позиций, ощущаешь себя как загнанная лошадь на бешеных скачках. В каждом матче начинаешь оказывать на себя давление в связи с конечным результатом. Если выиграю, значит я большой молодец, а что будет, если все же проиграю? Когда победил в Хертогенбоше, многие представители теннисной индустрии стали здороваться со мной за руку и говорить: "Отличная работа!" А я в это время думал: Вау, ребята, я раньше и не знал, что вас волнует мое существование".
Любители тенниса лучше узнали Турсунова в 2006 году, когда он стал соавтором ряда блогов о повседневной жизни игрока Про-тура. Эти блоги стали настоящим хитом и предметом для обсуждения как для спортсменов в раздевалке, так и дял организаторов соревнований. Кто бы мог подумать, что Турсунов с одинаковой легкостью может высмеивать как тривиальные, так и необычные ситуации?
Нет никакого сомнения, что теннис задолжал Дмитрию. После трех операций на лодыжках и длительных пауз в выступлениях Турсунов теперь по-другому смотрит на многие вещи в своем спорте. "Сейчас я наслаждаюсь теннисом в гораздо большей степени, чем делал это в прошлом. Многие вещи открылись мне с неожиданной стороны", - признает россиянин. - "Чтобы подняться на вершину горы, всегда нужно начать с маленького шага, затем сделать второй, третий шаги... Когда был моложе, не хотел начинать с малого, собирался в буквальном смысле взлететь наверх. Мне очень не нравилось давление, которое испытываешь при счете 40-40, 5/5 в решающем сете. В таких случаях раньше я всегда отдавал инициативу, надеялся на двойную ошибку соперника. Но в данный момент не буду ждать двойной ошибки другого, а выполню активный прием, начну розыгрыш и буду решать, каким образом завершить его в свою пользу".
Даже неискушенному болельщику очевидно, что Турсунов играет в силовой теннис. Начиная от подач и заканчивая ударами с задней линии, его игра похожа на атаки бомбардировщика B-52. Тактика Дмитрия довольно проста: бить изо всех сил и искать свои шансы. Он знает, что рано или поздно соперник ответит коротко, и тогда он, как пантера, ринется на мяч и пробьет навылет. Одно ясно наверняка: если в теннисе Турсунова и есть какие-то слабости, то главные их причины - неигровые.
"Возможно, некоторые критики могут заявить, что я просто идиот, мощно бьющий по мячу. Раньше я часто атаковал наудачу - многие мячи не попадали в корт. Сейчас стал более осторожен. Но ни один тренер не скажет вам точно, в какой именно момент следует рискнуть, а в какой переждать. Это немного похоже на покер. Нельзя научить человека: блефовать ему или не блефовать в соответствии с различными ситуациями. Можно изучать статистические данные, процентные показатели соперника - но в нашей игре в любом случае многое решает человеческий фактор. Лучшее, что можно сделать, чобы гарантировать себе хоть какой-то стабильный показатель - вообще исключить сумасшедшие удары. Но в конце концов всегда будет искушение выполнить удар между ног, который может привести к "виннерсу".
http://www.gotennis.ru/uploads/catsubcat/news/strah_i_nenavist_dmitriya_tursunova/5831a3839918918df27985b2f2bca92c26c-getty-120339991.jpg.jpg
Виталий Горин работал с Турсуновым с того момента, как молодой россиянин хорошо проявил себя в теннисной академии штата Калифорния в возрасте 12 лет. Виталий еще слишком молод, чтобы выступать в роли отца Дмитрия, поэтому он скорее заменяет ему старшего брата и личного психолога.
"Когда мы только приехали в академию, я был потрясен той силой, с которой он бил по мячу", - вспоминает Горин. - "В 12 лет его удар был сильнее, чем у большинства игроков колледжей. К тому же я сразу понял, что он особенный. Хотя в столь юном возрасте жизнь уже успела потрепать его. Скажем так, отношения Димы с родственниками сделали его более закрытым от большинства людей. Многие молодые ребята, приезжавшие ко мне, уже через месяц начинали плакать и проситься домой. С Дмитрием все было по-другому".
Хотя команды Турсунова и Горина продолжали свое сотрудничество, был момент, когда талантливому, но упрямому парню из России решил помочь сам Хосе Игуэрас. "Хосе определенно много для меня сделал. Думаю, иногда я был не в духе и не мог принять все то, что он хотел мне передать", - замечает Турсунов. - "Он хотел привнести в мою жизнь порядок, покончить с моей неопределенностью и нестабильностью. Я должен был пройти через это, чтобы оказаться на своем нынешнем месте. Игуэрас на все сто процентов оказал положительное влияние на мою игру".
Турсунов удивительно откровенен. Он не стесняется признать тот факт, который обходят многие другие игроки: на корте его часто терзают сомнения. В прошлом году в полуфинале турнира в Санкт-Петербурге Турсунов играл с соотечественником Михаилом Южным. Дмитрий вел 6/5 в решающем сете и заработал первый из трех матчболов. В следующем розыгрыше Южный фактически был выбит с корта и вернул мяч на хавкорт - Турсунову оставалось только подставить ракетку. Однако он ударил в сетку с бэкхенда.
"Мне просто нужно было оставить мяч в игре - и матч был бы выигран, это определенно был простой удар", - признает Турсунов. - "Я слишком долго думал об этом: Что именно мне делать? Ударить кроссом, по линии, в угол? Плоско или с вращением? Когда был моложе и быстрее, больше играл на инстинктах. Но с годами начинаешь сомневаться, понимая, что одно нелепое очко способно решить судьбу матча".
Слушая Турсунова, можно сделать поспешный вывод, что он никогда не мог совладать с нервами. Но это совсем не так. В полуфинале Кубка Дэвиса Россия - США хозяева вели 2-1, и Турсунов должен был заменить Михаила Южного в матче против Энди Роддика. Стадион "Олимпийский" в Москве был забит до отказа. Как здесь не занервничать? Однако Турсунов показал, что он не робкого десятка и в итоге победил соперника за 4 часа 38 минут - 6/3, 6/4, 5/7, 3/6, 17/15 и вывел таким образом Россию в финал.
Роман русского классика Льва Толстого "Анна Каренина" начинается словами "все счастливые семьи счастливы одинаково, а каждая несчастная семья несчастна по-своему". Толстой конечно не имел в виду теннисный Тур, но этот афоризм полностью применим к нему: здесь часто случается, что деспотичный отец доводит своего талантливого ребенка буквально до края пропасти.
"Будучи ребенком, не могу припомнить ничего другого в своей жизни, кроме тенниса. Я так или иначе должен был играть и выигрывать почти каждый день, и на меня оказывалось огромное давление в связи с этим. Думаю, что теннис стал моей профессией без моего личного выбора", - вспоминает Турсунов. - "Когда был совсем молод, мог убежать от отца и от бесконечных тренировок, тогда он кричал мне в спину: "Однажды ты поблагодаришь меня за все это!" Я отвечал ему про себя: Никогда тебя не прощу, и тем более не скажу "спасибо". Кому захочется каждое утро есть морковь, чтобы витамин B помогал лучше видеть мяч на корте?"
http://www.gotennis.ru/uploads/catsubcat/news/strah_i_nenavist_dmitriya_tursunova/3fd7b6106c704b43bdac7b9183263b15.ashx.jpeg.jpeg
Я покинул Россию в возрасте 12-ти лет. Затем мы с отцом проводили вместе гораздо меньше времени. Я прекрасно знал, что мне надо ярко проявить себя в калифорнийской академии, чтобы как можно дольше не возвращаться домой. Не получал полного удовольствия от игры, так как причина моих усердных тренировок была не спортивной. Многое тогда казалось мне лишенным смысла.
С годами мой отец стал гораздо спокойнее. Возможно, он понял, что сделал свою работу, и теперь я сам могу позаботиться обо всей семье. Если бы я победил на Уимблдоне, поправил бы свое финансовое положение, больше людей стали бы уважать меня как теннисиста. Но думаю, что в конечном счете мы любим своих друзей и близких не за их выдающиеся результаты. Вся жизнь отца была связана с моей карьерой теннисиста. Но затем он перешел в такой возраст, в котором прекрасно понимаешь более важное значение других вещей в жизни".
29 ноября 2010 года Турсунов узнал о том, что у его отца диагностирован рак поджелудочной железы и ему осталось жить не более полугода. "Теннис скорее разделил нас с отцом, нежели сблизил. Поэтому в последнее время я избегал говорить с ним о теннисе. Но даже лежа на больничной койке он пытался объяснить мне, как нужно лучше реализовывать брейк-пойнты", - рассказывает Дмитрий.
Через три недели после победы Турсунова в Хертогенбоше его отец Игорь ушел из жизни. "Когда он умирал, у меня в голове была только одна мысль: я благодарен ему за все, что он для меня сделал. Я понял, что он желал мне только самого лучшего, делал для меня все, что было в его силах - и папа это почувствовал. Искренне хочу сказать отцу "спасибо".
Мог ли я поменять что-либо в своей жизни, изменить ход своей карьеры? Возможно, сейчас я в ряде случаев поступил бы по-другому, не знаю точно. Уверен лишь в одном - для меня теннис сравним с долгим путешествием, и каждый здесь идет по собственной дороге. То знание, которое получаешь на своем пути, остается в памяти на более долгий срок, нежели разочарования", - заключает Турсунов".
Подготовил Иван Ваганов
Источник: atpworldtour.com
Страх и ненависть Дмитрия Турсунова
-
Анна Бабинчук
-
Сергей Соколов
http://img.championat.com/news/big/h/c/razdeljonnye-tennisom_1312987262554836946tursunov2.jpg
Виталий Горин работает с Турсуновым с того момента, как 12-летний Дима впервые заявил о себе в стенах калифорнийской теннисной академии. Горин слишком молод, чтобы претендовать на роль отца Дмитрия, однако вполне мог бы стать его старшим братом, который учит младшего уму-разуму.
"Когда я увидел Диму в академии, то был потрясён силой его удара, — рассказывает Горин. – У этого 12-летнего парнишки удар был сильнее, чем у большинства игроков, играющих за колледж. Я сразу понял, что Дмитрий – не такой, как все. Тем более что к тому времени он уже успел накопить немало жизненного опыта. Некоторые обстоятельства его семейной жизни заставили Диму стать более закрытым от окружающих людей. Множество детей, приезжавших в мою академию, уже через месяц начинали проситься домой. С Дмитрием всё было по-другому".
И хотя Турсунов и Горин никогда не прекращали своего сотрудничества, однажды принять участие в развитии карьеры талантливого, но очень упрямого русского решил великий Хосе Игерас. "Он так много сделал для меня, — говорит Дмитрий. – Сейчас я думаю, что тогда частенько находился не в том настроении, чтобы взять всё, что он мне давал. Он пытался нажать на стоп-кран и принести в мою жизнь хоть немного дисциплины и порядка. В то время мой образ жизни был по-настоящему хаотичным, и ему, конечно, печально было видеть это со стороны. Я должен был пройти через всё это, чтобы сейчас оказаться на своём месте, но заслугу Игераса в становлении моей игры переоценить невозможно".
Турсунов необыкновенно откровенен. Он с лёгкостью делает то, чего стараются избегать многие игроки: признаёт, что периодически принимает неправильные решения. В 2010 году в полуфинальном поединке в Санкт-Петербурге Дмитрий играл с Михаилом Южным и при счёте 6:5 в свою пользу заработал матчбол. Следующий розыгрыш закончился тем, что Южный был выбит с корта и с огромным трудом сумел вернуть мяч в игру. Перед Турсуновым был пустой корт, но он с бекхенда ударил в сетку.
"Это был очень простой удар. Южный находился за пределами корта, мне нужно было всего лишь не промахнуться, и тогда матч был бы закончен, — вспоминает Дмитрий. – И я думал об этом ударе слишком долго. Вместо того чтобы просто ударить по мячу, я начал перебирать варианты: бить под заднюю линию, кроссом, с вращением или плоско? Раньше я бы доверился инстинкту, но теперь, понимая, как много может зависеть от одного удара, начинаешь слишком тщательно выбирать решение. Иногда это работает против тебя".
Слушая рассказ Турсунова? можно подумать, что ему крайне непросто выдерживать психологическое напряжение. Однако это поспешный вывод. Можно вспомнить хотя бы полуфинал Кубка Дэвиса-2006, в котором Россия дома принимала команду США. При общем счёте 2:1 в пользу хозяев Турсунов был вынужден заменить Южного и вышел на корт против Энди Роддика. Трибуны "Олимпийского" были забиты под завязку, и если бы Турсунов не мог держать психологический удар, то как раз в такой момент он бы не cдюжил. В итоге дело дошло до пятого сета, в котором Дмитрий одержал победу 17:15 и вывел свою команду в финал.
Роман Льва Толстого начинается со слов "все счастливые семьи счастливы одинаково, каждая несчастливая семья несчастна по-своему". Конечно, классик не мог иметь в виду спортивные семьи, но это известное изречение вполне применимо к сегодняшним теннисным реалиям. Обычное дело: отец-тиран методично губит талант своего ребёнка либо чрезмерным усердием доводит его до самого края пропасти.
"У меня не осталось никаких детских воспоминаний, не связанных с теннисом, — вспоминает Турсунов. – Да в нём практически и не было ничего другого, поскольку за теннисом стоял мой отец. Я должен был играть и, что самое главное, постоянно выигрывать. Этот груз давил на меня сильнее всего. Уверен, что теннис стал профессией помимо моей воли. Бывали времена, когда я попросту сбегал с этих бесконечных тренировок, а вслед мне неслись слова: "Однажды ты ещё скажешь мне спасибо за всё!". При этом я думал про себя: "О каком "спасибо" ты говоришь? Я даже никогда тебя не прощу". Какому ребёнку хочется на завтрак каждый день есть морковь только для того, чтобы витамин В помогал лучше видеть мяч? Не говоря уж о тренировках, которые одобрили бы армейские сержанты".
"Я уехал в США, когда мне было 12 лет, — продолжает наш герой. – С тех пор с отцом я общался намного реже. Я понимал, что должен добиться успеха, иначе мне придётся вернуться в Россию ни с чем, а я совершенно не хотел этого. Я не получал от тенниса никакого удовольствия, потому что понимал, что делаю всё это не для себя. В то время многое из того, что я делал, казалось мне бессмысленным. Постепенно мой отец успокоился. Видимо, он убедился, что сделал свою работу и теперь я сам могу позаботиться о себе и о своей семье. Конечно, если бы я выиграл Уимблдон, то стал бы более обеспеченным человеком и ещё больше людей уважало бы меня. Но ведь мы не судим своих родных и близких по их достижениям, хотя я и считаю, что у отца была навязчивая идея. Вся его жизнь была завязана на моей теннисной карьере. Но в какой-то момент он понял, что вокруг есть и более значимые вещи".
Осенью 2010 года отцу Дмитрия поставили диагноз: рак поджелудочной железы. Новость о том, что его отцу осталось жить не более полугода, пришла Турсунову по электронной почте 29 ноября. "Вместо того чтобы объединить меня и отца, теннис разделил нас, — признаётся Дмитрий. – В последние дни я старался не говорить с ним об игре, но, даже лёжа в больничной палате, он объяснял мне, как я должен реализовывать брейк-пойнты".
Спустя три недели после победы в Хертогенбосхе Игорь, отец Дмитрия, умер. "Когда он умирал, я думал только об одном, — говорит Турсунов. – Я думал, что благодарен ему за всё, что он сделал для меня. Теперь я понял, что он приложил все возможные усилия, которые мог. И я действительно благодарю его за всё".
"Если бы у меня был шанс что-то изменить, воспользовался бы я им?" – спрашивает Дмитрий сам себя. И отвечает: "Возможно, всё могло бы быть совсем по-другому. Но одно я знаю точно: теннис – это долгое путешествие, в котором у каждого свой маршрут. И радость, связанная с его преодолением, останется в моей памяти гораздо дольше, чем все неудачи, постигшие меня за это время".
Виталий Горин работает с Турсуновым с того момента, как 12-летний Дима впервые заявил о себе в стенах калифорнийской теннисной академии. Горин слишком молод, чтобы претендовать на роль отца Дмитрия, однако вполне мог бы стать его старшим братом, который учит младшего уму-разуму.
"Когда я увидел Диму в академии, то был потрясён силой его удара, — рассказывает Горин. – У этого 12-летнего парнишки удар был сильнее, чем у большинства игроков, играющих за колледж. Я сразу понял, что Дмитрий – не такой, как все. Тем более что к тому времени он уже успел накопить немало жизненного опыта. Некоторые обстоятельства его семейной жизни заставили Диму стать более закрытым от окружающих людей. Множество детей, приезжавших в мою академию, уже через месяц начинали проситься домой. С Дмитрием всё было по-другому".
И хотя Турсунов и Горин никогда не прекращали своего сотрудничества, однажды принять участие в развитии карьеры талантливого, но очень упрямого русского решил великий Хосе Игерас. "Он так много сделал для меня, — говорит Дмитрий. – Сейчас я думаю, что тогда частенько находился не в том настроении, чтобы взять всё, что он мне давал. Он пытался нажать на стоп-кран и принести в мою жизнь хоть немного дисциплины и порядка. В то время мой образ жизни был по-настоящему хаотичным, и ему, конечно, печально было видеть это со стороны. Я должен был пройти через всё это, чтобы сейчас оказаться на своём месте, но заслугу Игераса в становлении моей игры переоценить невозможно".
Турсунов необыкновенно откровенен. Он с лёгкостью делает то, чего стараются избегать многие игроки: признаёт, что периодически принимает неправильные решения. В 2010 году в полуфинальном поединке в Санкт-Петербурге Дмитрий играл с Михаилом Южным и при счёте 6:5 в свою пользу заработал матчбол. Следующий розыгрыш закончился тем, что Южный был выбит с корта и с огромным трудом сумел вернуть мяч в игру. Перед Турсуновым был пустой корт, но он с бекхенда ударил в сетку.
"Это был очень простой удар. Южный находился за пределами корта, мне нужно было всего лишь не промахнуться, и тогда матч был бы закончен, — вспоминает Дмитрий. – И я думал об этом ударе слишком долго. Вместо того чтобы просто ударить по мячу, я начал перебирать варианты: бить под заднюю линию, кроссом, с вращением или плоско? Раньше я бы доверился инстинкту, но теперь, понимая, как много может зависеть от одного удара, начинаешь слишком тщательно выбирать решение. Иногда это работает против тебя".
Слушая рассказ Турсунова? можно подумать, что ему крайне непросто выдерживать психологическое напряжение. Однако это поспешный вывод. Можно вспомнить хотя бы полуфинал Кубка Дэвиса-2006, в котором Россия дома принимала команду США. При общем счёте 2:1 в пользу хозяев Турсунов был вынужден заменить Южного и вышел на корт против Энди Роддика. Трибуны "Олимпийского" были забиты под завязку, и если бы Турсунов не мог держать психологический удар, то как раз в такой момент он бы не cдюжил. В итоге дело дошло до пятого сета, в котором Дмитрий одержал победу 17:15 и вывел свою команду в финал.
Роман Льва Толстого начинается со слов "все счастливые семьи счастливы одинаково, каждая несчастливая семья несчастна по-своему". Конечно, классик не мог иметь в виду спортивные семьи, но это известное изречение вполне применимо к сегодняшним теннисным реалиям. Обычное дело: отец-тиран методично губит талант своего ребёнка либо чрезмерным усердием доводит его до самого края пропасти.
"У меня не осталось никаких детских воспоминаний, не связанных с теннисом, — вспоминает Турсунов. – Да в нём практически и не было ничего другого, поскольку за теннисом стоял мой отец. Я должен был играть и, что самое главное, постоянно выигрывать. Этот груз давил на меня сильнее всего. Уверен, что теннис стал профессией помимо моей воли. Бывали времена, когда я попросту сбегал с этих бесконечных тренировок, а вслед мне неслись слова: "Однажды ты ещё скажешь мне спасибо за всё!". При этом я думал про себя: "О каком "спасибо" ты говоришь? Я даже никогда тебя не прощу". Какому ребёнку хочется на завтрак каждый день есть морковь только для того, чтобы витамин В помогал лучше видеть мяч? Не говоря уж о тренировках, которые одобрили бы армейские сержанты".
"Я уехал в США, когда мне было 12 лет, — продолжает наш герой. – С тех пор с отцом я общался намного реже. Я понимал, что должен добиться успеха, иначе мне придётся вернуться в Россию ни с чем, а я совершенно не хотел этого. Я не получал от тенниса никакого удовольствия, потому что понимал, что делаю всё это не для себя. В то время многое из того, что я делал, казалось мне бессмысленным. Постепенно мой отец успокоился. Видимо, он убедился, что сделал свою работу и теперь я сам могу позаботиться о себе и о своей семье. Конечно, если бы я выиграл Уимблдон, то стал бы более обеспеченным человеком и ещё больше людей уважало бы меня. Но ведь мы не судим своих родных и близких по их достижениям, хотя я и считаю, что у отца была навязчивая идея. Вся его жизнь была завязана на моей теннисной карьере. Но в какой-то момент он понял, что вокруг есть и более значимые вещи".
Осенью 2010 года отцу Дмитрия поставили диагноз: рак поджелудочной железы. Новость о том, что его отцу осталось жить не более полугода, пришла Турсунову по электронной почте 29 ноября. "Вместо того чтобы объединить меня и отца, теннис разделил нас, — признаётся Дмитрий. – В последние дни я старался не говорить с ним об игре, но, даже лёжа в больничной палате, он объяснял мне, как я должен реализовывать брейк-пойнты".
Спустя три недели после победы в Хертогенбосхе Игорь, отец Дмитрия, умер. "Когда он умирал, я думал только об одном, — говорит Турсунов. – Я думал, что благодарен ему за всё, что он сделал для меня. Теперь я понял, что он приложил все возможные усилия, которые мог. И я действительно благодарю его за всё".
"Если бы у меня был шанс что-то изменить, воспользовался бы я им?" – спрашивает Дмитрий сам себя. И отвечает: "Возможно, всё могло бы быть совсем по-другому. Но одно я знаю точно: теннис – это долгое путешествие, в котором у каждого свой маршрут. И радость, связанная с его преодолением, останется в моей памяти гораздо дольше, чем все неудачи, постигшие меня за это время".